Смерть по стандарту: наказать врачей невозможно

5 марта 2009 17:35 Наталья Тихонова
версия для печати
Мама 11-летней Даши Агапеевой винит в гибели дочери медицинских работников.

Горе к Ирине Агапеевой пришло внезапно. 18 февраля умерла ее дочка Дашенька.

«Что мне теперь делать?» – только и повторяет Ирина. Вся жизнь ее была посвящена дочери: юной пианистке, актрисе в театре на французском языке, ведущей конкурсов и телепередач.

«Мир рухнул. Я лежу на диване, смотрю в потолок, и некуда бежать», – говорит Ирина. Она держится – благодаря друзьям и таблеткам.

Утром 18 февраля к 11-летней Даше, которой был поставлен диагноз – грипп, пришел педиатр из детской поликлиники № 1. Сказал, что она идет на поправку: после выходных выпишем.

Когда в этот же день у девочки подскочила температура и она стала задыхаться, Ирина вызвала неотложку. Врач обнаружил пневмонию, поехали в детскую инфекционную больницу № 3. Даша еле дошла до «скорой», потом ее носили на руках.

«Когда приехали в больницу, она была уже никакая. Там врач начала заполнять карту: с каким весом дочка родилась, какими болезнями болела. Я уже психую. Прошу: посмотрите ребенка – ей плохо. Она и головы не повернула. Сказала, пока медкарту не заполнит, ничего делать не будет. Дашу бы спасли… – голос Ирины дрожит. – Кучу времени потеряли. Уже поздно было, когда ее в реанимацию взяли. На руках туда несли, охранник помог. Когда я спросила про носилки, ответили: «Еще чего? Нет носилок. Взяли и несите!»».

Мама: это врачебная ошибка

О том, что Дашу не удалось спасти, врачи сообщили через 20 минут, после того, как она попала в реанимацию. Запись в свидетельстве о смерти гласит, что ее причины – двухстороннее воспаление легких и воспаление сердечной мышцы.

Но, по словам мамы, в декабре они были у кардиолога. «Почему тогда они ничего не сказали? Мы за ней настолько следили, всех врачей проходили», – говорит Ирина. Она уверена, что Даша умерла из-за врачебной ошибки и равнодушия докторов.

Ирина понимает, что дочь не вернуть, но не хочет, чтобы подобное пережила еще одна мать, поэтому не готова сдаться: «Я считаю, что этих врачей надо уволить. Они не должны быть врачами. Просто не имеют права работать с детьми».

Больница: ничего не изменилось

Врачи из детской поликлиники № 1 и детской инфекционной больницы № 3 своих коллег оправдывают тем, что они действовали по стандартам.

В телефонном разговоре, запретив указывать ее имя и должность, врач поликлиники № 1 сказала: «Мы решили не обсуждать ничего с журналистами, они сделали шоу из смерти ребенка». На вопрос, работает ли сейчас врач, который ставил первоначальный диагноз Даше, нам ответили: «А что должно было измениться?».

Следствие: проводится проверка

Евгений Ибрагимов, руководитель следственного отдела по Василеостровскому району следственного управления следственного комитета при прокуратуре РФ по Санкт-Петербургу, подтвердил, что по факту врачебной ошибки проводится проверка.

По его словам, нарушение в дисциплинарном плане со стороны врачей, возможно, и было, а попадают ли их действия под уголовную ответственность, сказать сложно. Срок проверки продлен до 12 марта.

Чиновники: случай нестандартный

В комитете по здравоохранению считают, что этот случай нестандартный. По словам Евгении Семеновой, пресс-секретаря комитета, об истинных причинах смерти можно говорить, когда будет результат патолого-анатомической экспертизы – через 2-3 недели.

«Я бы не стала торопиться с выводами и называть этот случай врачебной ошибкой – это пока не подтверждается. Ребенок умер в течение 15 минут при поступлении в больницу, ее начали интубировать в реанимации, но спасти не удалось», – говорит Евгения Семенова.

Оценку действиям врачей даст экспертная комиссия, в которую входят специалисты из разных учреждений, это могут быть и федеральные эксперты.

Как правило, если выявлены нарушения, в виде крайнего наказания врачу грозит увольнение или лишение лицензии.

Случаев уголовной ответственности в Петербурге за врачебные ошибки, по словам Евгении Семеновой, не было: «Наш город имеет и мединституты, и педиатрические академии, дай бог всем иметь такое здравоохранение», – прокомментировала она.

Коллеги: формально доктор справился с задачей

Врачи неохотно обсуждают действия коллег, резонно ссылаясь на то, что не располагают необходимой информацией. При этом все специалисты уверены – их коллеги действовали по принятым стандартам. Прокомментировать эти самые стандарты в одной из больниц нам согласились на условиях анонимности.

«Подозрение на грипп или ангину не является поводом для госпитализации, – считает врач с 40-летним стажем. – В обязанности медиков входило приехать на вызов, оценить состояние ребенка и сделать необходимые назначения. Формально они справились с задачей.

Что до вопросов, которые задавали маме умирающей девочки в больнице, это тоже необходимость – сведения нужны для постановки диагноза.

Другое дело, что заполнить карточку можно было и задним числом. Но врачи недооценили состояние девочки. Если бы они понимали, что она сейчас умрет, ни за что бы не стали ждать и выспрашивать, от какой она беременности и каков был возраст мамы. Но я не уверена, что мама сможет чего-то добиться».

    Наказать врача практически невозможно

По данным общероссийской общественной организации «Лига защитников пациентов», каждый год в стране от ошибок врачей страдает более 50 тысяч человек.

«Но призвать к ответственности врача почти невозможно, – замечает Александр Балло, руководитель исследовательского центра «Независимая медико-юридическая экспертиза». – Оценку его поступку дают, как правило, судебно-медицинские эксперты или врачи из других больниц».

Все они работают в одной системе – Министерстве здравоохранения, а значит, являются коллегами. И обычно не хотят вредить друг другу.

Именно по этой причине судебные дела по ошибкам врачей редко заканчиваются в пользу пострадавших. Даже если врачей удается наказать – они не лишаются права работать в больнице.

По словам Александра Балло, для того, чтобы разорвать порочный круг, необходимо передать судебно-медицинскую экспертизу в ведомство Министерства юстиции. Однако этот вопрос ни чиновники из правительства страны, ни депутаты Госдумы, даже не поднимают.

   

Куда жаловаться

  • «Горячая линия» фонда ОМС 703-73-01.

(Также на каждом полисе ОМС есть телефон службы прав застрахованных – телефоны круглосуточные).

  • «Горячая линия» комитета по здравоохранению 635-55-77.
  • Телефон претензий по работе скорой помощи 571-45-04.

На крайний случай

  • Коммерческие службы скорой медпомощи (в среднем час работы стоит 4200-4600 рублей).
  • «Ассистанс-экспресс» – 333-47-17.
  • «Корис-ассистанс» – 740-63-03.
  • «Медпомощь 24» – 336-00-03.
  • «Петербургская неотложка» – 740-19-11.

Шарпей Варя каждый день смотрит в окно и ждет любимую хозяйку.

В 11 лет Даша смогла стать пианисткой, актрисой и телеведущей.

Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: «Вконтакте», Facebook, Twitter, Telegram






Лента новостей

Проверь себя

Что делать с "Лахта-Центром"?

Проголосовало: 222

Все опросы…