Общество

Воспитание по-фински

2 декабря 2015 18:57 Галина Артеменко
версия для печати
Не смотря на мощную поддержку – немалые социальные выплаты семьям с детьми, множество социальных учреждений и НКО, так или иначе помогающих семьям – институт семьи в Финляндии испытывает кризис, что, впрочем, характерно для всех развитых стран. Не скрывают и того, что в стране часто приходится экстренно забирать детей из семей.
Воспитание по-фински

В Министерстве социального обеспечения и здравоохранения Финляндии приводят тревожные цифры – если в 2005-м году число детей, которых пришлось экстренно забрать из семей, приближалось к двум тысячам, то в 2013-м – это четыре тысячи детей. И все больше, взятых под опеку, хотя с 2007 года эта цифра стабилизировалась и держится на уровне около 10 тысяч.

Плавное увеличение числа таких детей началось примерно с 1997 года с 6 тысяч в год. Но тут напомним, что в Финляндии нет лишения родительских прав, как у нас. Если ребенок взят под опеку и живет в другой семье, совершенно не значит, что он не общается со своими кровными родителями, а им запрещено к нему подходить на пушечный выстрел.
Дело не в мигрантах

Но все же – почему так много? Финские чиновники Минздравсоцобеспечения говорят, что дело не в мигрантах, а тем более русскоязычных. Одной из причин такой ситуации называют экономический спад 90-х, когда были сокращены социальные услуги, при этом увеличилась безработица и ухудшилось материальное положение семей. И вот сейчас эти дети, которым тогда недодали внимания, выросли и создали свои семьи, в которых много проблем. Одна из самых серьезных – алкоголизм. Но кроме этого – психологические проблемы, слабое здоровье, наркотики, насилие в семье.

В 2010 году финское государство спохватилось, усилило меры профилактики семейных кризисов, не сокращает больше социальные расходы – потом себе дороже решать проблемы. В этом году на профилактику семейных проблем и помощь в кризисных ситуациях Финляндия в общем потратит 40 млн евро, в 2016-м к ним прибавится и 10 млн евро на поддержку семей на дому.

Социальные работники ни за что не будут вам рассказывать конкретные истории конкретных семей – конфиденциальность соблюдается очень строго, не покажут вам и детей, которых социальные службы были вынуждены на время забрать из семьи. Но как работает система в целом – расскажут охотно. Например, пригласят в Центр семейной поддержки в Оулункюля – один из районов Хельсинки.

Именно сюда привозят тех детей, которых пришлось забрать из семьи – здесь 20 мест для детей от 7 до 12 лет. Малышей до семи лет и подростков от 13 и старше привозят в другие центры. Также в Оулункюля центр семейной реабилитации, рассчитанный на шесть семей одновременно, куда кризисная семья в полном составе (!) помещается на 8 недель за государственный, конечно, счет.

В Оулункюля работают 8 человек посменно, это мультикоманда – психологи, психиатры, социальные работники, педагоги. Они вместе с семьями  оценивают ситуацию и решают – как быть дальше.

Экстренно забирают ребенка из семьи, кстати, лишь в том случае, если родители либо сильно пьяны, либо находятся под действием наркотиков, либо ребенку угрожает насилие или аутоагрессия (бывают расстройства, когда ребенок сам себе может причинить вред). И лишь в том случае, если рядом нет родственников, близких людей, друзей, кто бы мог позаботиться о ребенке.

Итак, в течение первых пяти дней, после того как ребенок попал в Оулункюля, специалисты решают - вместе с семьей, которую специально приглашают для беседы – что произошло, что делать, чтобы изменить ситуацию и вернуть ребенка в семью.
Конечно, спрашивают и отдельно от родителей у ребенка – как он сам видит сложившуюся ситуацию. Родители, как правило, посещают ребенка регулярно, никто его от близких не изолирует. Через месяц – снова большая встреча, промежуточные итоги и принятие решения – как работать дальше.

Еще через месяц ребенок, как правило, отправляется домой, семье будут помогать на дому. Но бывает, что ребенок отправляется в семью опекунов, при этом связи с кровной семьей не рвутся. Пока ребенок находится в Оулункюля, да и в любом другом из подобных центров – он не изолируется от привычного мира, в ту же школу ходит, в спортивные секции, все хобби и увлечения остаются, и это принципиально важно.

«Основные проблемы не связаны с этническим происхождением детей, но культура семьи учитывается. Важно научиться слушать родителей и детей из других культур, - рассказал Яакко Сюрьяля, один из сотрудников центра. – Если ребенок из мигрантской семьи – то он всегда обеспечивается переводчиком, и его семья тоже. И мы понимаем, что среди мигрантов немало травмированных людей».

Проблемы семьи решают вместе с семьей

Если семья в первые пять дней не является, чтобы повидать ребенка и побеседовать со специалистами,  то это случай редчайший, как правило, приходят все. «Мы всегда стараемся  установить доверительные отношения, привлечь родителей, даже когда ясно, что ребенка придется отправить в замещающую семью, - отмечает Сюрьяля. –  Нам важен диалог. И понятно, что ребенок в любом случае будет думать о кровных родителях и искать их, для каждого ребенка его родители, какими бы они ни были – самые важные люди. Родители не должны быть подавлены чувством вины, иначе работы не будет, кроме того, мы здесь все должны помнить, что любя встреча с ребенком – уникальна, а истинная картина жизни семьи всегда шире, чем об этом нам говорят».

Нам не показали детей, зато показали то пространство Центра, которое ожидает очередного заезда на 8 недель шести кризисных семей. Это просторная гостиная с общей кухней и огромной лоджией, где летом можно собираться, ужинать, беседовать, просторная игровая, а также шесть автономных квартир с кухней и прочими удобствами. Из квартир можно попасть в гостиную через общий коридор. Квартиры все разные –  от двухкомнатных до огромной трехкомнатной, ведь и семьи попадаются разные. Однажды была многодетная восточная семья из 23 человек.

Попадающие в центр семьи, как правило, уже давно  знакомы с социальными службами, у них давно проблемы. И вот эта мера – поселить семью сюда на 8 недель, чтобы дать людям возможность выдохнуть, оглядеться, отдохнуть – это часто та самая крайняя мера, за которой только изъятие ребенка. У этих семей «в анамнезе» - наркотики, алкоголь, безработица, семейное насилие.  Все эти проблемы ведут к тому, что семья утрачивает способность управлять своей жизнью, родители теряют понимание того, что они родители – ребенок для них становится «невидимым». Помочь снова увидеть себя родителями, увидеть собственного ребенка  - задача этого восьминедельного «отпуска». Кстати, платит за все государство, а работающим родителям дается больничный лист. За год через Оулускюля проходит примерно 30 семей, это 50-60 детей. И среди этих детей только 10 потом все равно помещаются под опеку.

Для каждой семьи на эти 8 недель создается индивидуальная программа реабилитации, но есть и общая – когда все семьи собираются в гостиной. Если в процессе индивидуальной работы с семьей выясняется, что имело место насилие, то включается специальная программа «Жизнь без побоев».  После центра в Оулункюля семьи сопровождаются социальными службами очень интенсивно еще полгода – 3-4 визита в неделю, потом посещения становятся реже – по мере нормализации ситуации в семье.  И снова, как в случаях с детьми, главное – не винить семью, а искать ее потенциал, светлые стороны жизни.

 

Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: «Вконтакте», Facebook, Twitter, Telegram, Одноклассники



Лента новостей

Проверь себя

Что делать с "Лахта-Центром"?

Проголосовало: 837

Все опросы…