Культура

Сложная история в книгах

23 января 2016 00:03 Галина Артеменко
версия для печати
Независимый издатель Илья Бернштейн, сотрудничающий с издательством «Самокат», подготовил к печати и выпустил в свет переиздание книги петербургской писательницы Марии Рольникайте «Я должна рассказать». Книга и другие издательские проекты Бернштейна были представлены публике  в Музее Анны Ахматовой в Фонтанном Доме.
Сложная история в книгах Фото: https://img-fotki.yandex.ru

Книга была написана Рольникайте на основе ее дневников, которые девушке удавалось вести в Вильнюсском гетто и нацистских концентрационных лагерях в Латвии и Польше вплоть до освобождения Красной Армией 10 марта 1945 года. Юная Маша писала на идише. В Холокосте Маша Рольникайте потеряла семью – маму,  маленьких брата и сестру.  В 1963 году книга была подготовлена к печати на литовском языке, через год – на русском. Рольникайте посоветовал издать книгу Илья Эренбург. Впоследствии «Я должна рассказать» была переведена на 17 языков, а Рольникайте написала продолжение  «Это было потом».

«Я должна рассказать» вышла в  придуманной Бернштейном серии «Как это было», когда  для современных подростков переиздаются книги о войне, написанные в советское время и ставшие безусловным фактом, явлением в литературе. Серия отличается от остальных переизданий тем, что Бернштейн восстанавливает пострадавший от цензуры первоначальный авторский текст, снабжает  его постраничными комментариями и статьями-комментариями современных специалистов, автокомментариями писателей, а также архивными фото.

Вопрос для самоидентификации

Книгу Маши Рольникайте Илья Бернштейн решил прокомментировать особым способом – вместе с оператором  и текстом отправился в Литву, по местам, описанным в книге, и нашел там людей, которые так или иначе связаны с теми событиями. «Выяснилось,  что эта тема должна быть шире - не только прокомментировать книгу и побеседовать с теми, кто пережил это, - рассказывает издатель. -  Но и поговорить о том, какую роль Холокост сыграл в судьбе Литвы, а литовцы – в Холокосте. Поскольку, как сказал  нам в интервью поэт и правозащитник  Томас Венцлова, с  его точки зрения вопрос о роли литовцев в Холокосте для самоидентификации современного литовца один из ключевых».

Из интервью получились 25 видеороликов, которые и стали комментариями к книге. Герои видео и темы разговора представлены в книге, а сами ролики размещены на специальном сайте.  Экскурсию по вильнюсскому гетто ведет его бывшая узница, а потом партизанка, а ныне 92-летняя библиотекарь Фаня Бранцовская.

Настоятель францисканского костела в Вильнюсе Юлюс Саснаускас говорит о роли этой темы в современном сознании литовцев. Настоятель водит свою паству в Понары, где были убиты 70 тысяч вильнюсских евреев. А вот Рита-Вайва Мажейкайте, которая работает регистратором в поликлинике и уже 12 лет восстанавливает еврейское кладбище в городе Юрбаркас.

Две поразительные истории выживших в Холокосте – Телесфорас Лауцявичус говорит, как его отец-литовец спрятал новорожденного сына у бабушки, а сам остался с женой-еврейкой и погиб вместе с ней, отец Адольфаса Пошкуса, тоже литовец, сдал немцам жену-еврейку и четверых детей. А местный ксендз спас. В этих видеокомментариях и рассказ о том, как сотрудницы краеведческого музея в Юрбаркасе сняли фильм о Холокосте, а местные власти запретили его показывать, так как там фигурировали литовцы, убивавшие евреев, а потом боровшиеся против советской власти и удостоившиеся памятника.

Фильму не дали прокатное удостоверение, но учителя местной школы все равно его показывали старшеклассникам , а потом фильм захотели увидеть и родители школьников. «Это важные истории, которые не только комментируют текст, но предлагают разные направления размышлений, разную перспективу, с которой все это можно рассматривать», - считает издатель.

Окраины  империи

Илья Бернштейн планирует продолжить такое видеокомментирование книг, да еще сделать так, чтобы на сайт материалы могли бы добавлять и сами читатели. Он задумал переиздать и прокомментировать, как он сам говорит, «книги о русском голоде» - конца XIX века, 20-х годов века минувшего («Ташкент – город хлебный» Александра Неверова) и послевоенного – книгу Евгения Дубровина «В ожидании козы», которая выйдет уже в этом году.

Также появится в еще одной серии издателя «Русский двадцатый век в беллетристике и комментариях историков» повесть  Бориса Ряховского «Отрочество архитектора Найденова», она никогда отдельной книжкой не выходила, печаталась в журнале, но фильм Сергея Соловьева «Чужая белая и рябой», снятый по этой повести,  многим знаком.

Казахстан, конец сороковых, голубятники в городских трущобах, послевоенный тяжкий быт. Илья Бернштейн хочет рассказать о той странной городской субкультуре окраин советской империи, о теме городов-убежищ: «Сложилась такая русская Шамбала  - беглые интеллигенты,  сосланные – раскулаченные- эвакуированные, немцы-чеченцы и прочие национальности. Вот такой мир, в котором в глиняной мазанке стоит концертный рояль и будущему архитектору Найденову дает урок ученик Рахманинова».

А вот как, кстати, писал об этом же кинорежиссер Сергей Соловьев после съемок фильма «Чужая белая и рябой»: «В Актюбинске по странной гулаговской логике в конце 30-х оказалось почти все неэмигрировавшее петербургское дворянство, интеллигенция. Позднее к ним прибавились эвакуированные в годы войны. Графы, князья, светское, мирискусническое петербургское общество — все жили в саманках, хлипких домиках из глины и камыша…»


 

Человек с оранжевым зонтиком

«Я такой фрилансер и делаю книги от начала до конца сам, - рассказывает издатель. – Нахожу то, что хотел бы издать, придумываю серии, концепции, покупаю права на тексты, нахожу иллюстраторов и оплачиваю их, комментирую и нахожу комментаторов, верстаю, а потом уже с готовым продуктом прихожу в дружественное издательство, да еще с деньгами на издание».

Средства практически во всех случаях дает Федеральное агентство по печати.  «Да, роль государства очевидна, и оказывается, что вполне реально найти государственные деньги на проект, который в нынешнее время кажется просто антигосударственным – издавать книги  про репрессии, не предвзято комментировать, - рассуждает Бернштейн. – Но государство, которое, с одной стороны, закрывает архивы НКВД-КГБ, а с другой стороны – дает деньги на издание этих книг, не монолит,  да есть чиновники, которым предлагают выбрать тексты и они, зная, что это было издано в СССР, «пропущено цензурой», дают средства, но это только одно из объяснений, я думаю, что среди чиновников все же немало людей, которым хочется дать денег потому, что  эти книги будут умно и честно сделаны».

Конечно, издатель сталкивался с законом о защите персональных данных, при подготовке многих книг надо было знакомиться со следственными делами, так там целые страницы закрыты конвертами с печатями. Зато, как сказал Бернштейн, «Ленинградский областной архив ФСБ – очевидный чемпион по либерализации, когда готовили к переизданию «Республику ШКИД», то без проблем получили доступ к следственному делу  одного из авторов - Григория Белых».

«Видите – вот человек с оранжевым зонтом на слайде, экскурсовод, так вот и я такой же точно человек с оранжевым зонтом, - говорит  о себе издатель. – Случайные люди пришли на  экскурсию, и я не ставлю задачу сделать их специалистами по истории или культуре. Важно, чтобы за экскурсоводом шли и его слушали, чтобы он рассказывал что-то настоящее и правдивое, занимательное, вызывающее вопросы и желание самому что-то узнать. Вот мое профессиональное кредо».

Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: «Вконтакте», Facebook, Twitter, Telegram






Лента новостей

Проверь себя

Что делать с "Лахта-Центром"?

Проголосовало: 185

Все опросы…