Общество

Мы не боимся сказать

13 июля 2016 15:42 Галина Артеменко
версия для печати
Мы не боимся сказать Фото: pixabay.com
Не хотела ничего писать про флэшмоб «Я не боюсь сказать». Не потому, что не вижу важности проблемы или заражена стереотипами типа «не ходила бы поздно, да в короткой юбке» или «сама виновата»…Потому что слишком много писала про это. Потому что у самой в жизни был страшный опыт: из-за работы приходилось возвращаться с электрички заполночь и идти по темным и пустым улицам. Два нападения. На улице и в подъезде.

Был и еще другой опыт. Когда человек, которому верила, оказался способным ударить. Не хочу, не могу вспоминать уже ни о чем этом. Потому что нет сил.

Но вот позвонили коллеги из ТАСС, которые решили созвать пресс-конференцию на фоне этого фейсбучного славянского флэшмоба и поговорить про проблему насилия. Коллеги звонили за контактами экспертов: «Ты же в теме, поделись». Ну и как после этого не прийти, не послушать и не написать…Хотя в соцсети уже и блестящий текст Людмилы Петрановской, и подборка высказываний психологов. Но все же выскажусь на эту тему.

Когда-то давно, в девяностые, когда мы были не только молодые, но и очень уверенные в том, что изменим страну, был у нас в городе Гендерный центр, а потом организовалось и несколько кризисных – где помогали женщинам, оказавшимся жертвами насилия – уличного, домашнего. Сейчас Кризисный центр для женщин, которым бессменно руководит Наталья Ходырева, успевает помочь примерно пяти тысячам женщин в год, открыл онлайн-консультации. И просто захлебывается от просьб о помощи. Ходырева говорит, что из всех тех, кто обращается к ним, в полицию пишут заявления не более десяти процентов, примерно у одного процента обратившихся жертв заявления принимают, еще один процент доходит до приговора суда в отношении обидчика. Ходырева видит во флэшмобе очень важный шаг: «Проблема наконец-то была названа громко, попробуйте теперь отрицать – что нет у нас насилия в семье, что нет насилия над женщинами в стране». Что дальше? Психолог видит следующий шаг в самоорганизации женщин, как тогда, когда зарождалось женское движение за равные права – сначала ведь женщины просто собирались вместе и обсуждали. Хотя мне лично кажется, что никакой самоорганизации не будет. Хорошо, что хоть высказали громко проблему. Но я не знаю – что дальше.

У государства вообще-то все в порядке. Вот у нас в Петербурге власть может отчитаться – у нас в каждом центре помощи семье и детям есть специалист, который обучен оказывать психологическую помощь женщинам-жертвам насилия. Центров таких у нас 18. Специалистов регулярно обучают. Кстати, обучают хорошо, за это могу ручаться. Обучение идет в государственном центре «Семья», но, как говорит Марина Середа, начальник учебно-методического отдела по социальной реабилитации и ресоциализации лиц с зависимым и созависимым поведением центра «Семья», обученных специалистов мало. Наталья Ходырева также начала читать в СПбГУ будущим клиническим психологам курс «Насилие: превенция, последствия, реабилитация». Но все равно по реакции даже многих профессиональных психологов на этот крик в соцсети – на флэшмоб, понятно, что многие профессионалы помогать не готовы. Некоторые обиженно рассуждают – что в итоге надо не душу изливать в сети, а идти к психологу, а некоторые в лучших традициях вульгарного психоанализа пишут о том, что это все – от подсознательного желания «быть изнасилованной».

Полицейские также не готовы работать с жертвами, они элементарно не знают, как с ними разговаривать, как разговорить, они просто хотят побыстрее все закончить и не возиться. И никто у нас жертву не защитит, если вдруг понадобится защита. Поэтому каждую женщину, которая решится пройти весь путь от написания заявления и до суда над обидчиком, сопровождает страх.

В Петербурге есть и еще вот такая история – наш город стал первым городом в России, где начали работать с мужчинами, кто склонен к насилию в близких отношениях. И кто хотел бы изменить поведение. Андрей Исьемин, консультант этой службы, рассказывает, что психологи убедились – такая служба важна и востребована, потому что приходят те, кто хотел бы сохранить отношения и кто понимает, что с ним происходит что-то не то.

Жена из ревности разослала всем женщинам из адресной телефонной книги мужа сообщения, что он - только ее, и пусть все остальные женщины «утрутся и не лезут». Дикий поступок? На мой взгляд – да. Муж тоже так посчитал, но ответил неадекватно –  бросился женщину душить. Едва не убил и сам ужаснулся от содеянного. Вот с такими людьми работают психологи Андрея Исьемина. Потому что можно предупредить преступление, изменить отношения, считают они. Собираются создавать сеть по Северо-Западу.

Тогда, в перестройку, у нас возникло немало НКО – кризисных центров помощи женщинам. Сейчас многие из них получили сокрушительный удар – все боятся, получая иностранное финансирование, быть записанными в «иноагенты» со всеми вытекающими последствиями. Государство финансировать такие НКО не очень спешит, а если выделает деньги, то мизерные субсидии.

Флэшмоб «Я не боюсь сказать» пошел на убыль, все, кто мог и хотел – высказались. Жуткий опыт тысяч женщин стал достоянием всех, кто читает по-русски. Мы живем в обществе насилия и страха, хотя никто не отрицает, что кругом есть много прекрасных людей и любящих и заботливых мужчин. Этот флэшмоб не был направлен против мужчин. Он был о том, чтобы наконец-то дать явлению имя. Если ты называешь имя тени, ты обретаешь власть над ней и делаешь первый шаг, чтобы сказать: «Тень, знай свое место».

Телефон Кризисного центра для женщин в Петербурге: 327 30 00.

Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: «Вконтакте», Facebook, Twitter, Telegram






Лента новостей

Проверь себя

Что делать с "Лахта-Центром"?

Проголосовало: 168

Все опросы…