Спонсор раздела:

Политика

Путч: каким он был для нас

19 августа 2016 13:09 Андрей Рысев
версия для печати
Годовщину начала путча вспоминают в Петербурге. Как это было вспоминает тогда еще юный, а сейчас вполне солидный журналист Андрей Рысев. Он считает, что это не последний выход на площадь и кому-то еще предстоит пережить нечто подобное.
Путч: каким он был для нас

25 лет назад, «по традиции», в 4 утра федеральные телеканалы лебединой песней оповестили о том, что в СССР случился переворот. ГКЧП заявило о немощи президента Михаила Горбачева. Как это было в Петербурге?

Уже в 6 утра наше студенческое общежитие, что в городе Пушкин, на улице Пушкинской проснулось от криков: «Революция!»… Еще немного и я был на ногах. Моя редакция газеты с эпическим названием «За сельскохозяйственные кадры» располагалась в 20-ти минутах ходьбы от «общаги». Радио вещало все то же Лебединое озеро, прерываясь на воззвания ГКЧП.

Позвонив редактору, разбудив его, конечно, рассказал о случившимся. «Сейчас я буду» сказал сонный голос Юрия. В общем, день начался. Позже, уже где-то в 9, я позвонил еще одному коллеге – он, как и я, был институтским переводчиком и посоветовал его глянуть в телевизор, в ответ на короткое, но емкое предложение пойти по известному всем маршруту… Ну бывает.

Ответ был: «Срочно ко мне!». Уже в Купчино, немного позавтракав, мы выехали в город. Ну а дальше все стало понятно. На Исаакиевской площади возводили баррикады из скамеек и прочего подручного материала. Мой фронт – переулок Антоненко. Не знал тогда, что потом эта улица станет главной в моем городе…

Рядом были и граждане с радиоприемниками. Это была единственная связь с внешним миром. Тогда, на волне радио «Открытый город» на средних частотах попеременно, сменяясь через два часа, вещало радио «Балтика». На обеих станциях позже мне посчастливилось работать. Но это позже.

Ближе к вечеру мы с коллегой расстались – он остался на Исаакиевской, а меня позвал в дорогу один водитель, который бросил клич. Он сказал, что на Чапыгина, 6 у телецентра «практически нет народу на баррикадах».

Предварительно я забежал на междугородный переговорный пункт, что рядом с Аркой и Дворцовой. Позвонил супруге, которая тогда была в Пскове. Рассказал о ситуации, на что в ответ она сообщила: «Будь осторожен! Я услышала звуки техники, выбежала из дома и увидела, что псковская дивизия выезжает из города».

Дальше я поехал на Чапыгина вместе с еще тремя ребятами. Понятно же: «почта, телеграф, радио…». Ночь прошла практически спокойно. Но вот тогда было действительно страшно. С телекомпании нет-нет, но выходили люди с рассказами: «Псковская дивизия прошла Лугу, прошла Выру, подошла к Гатчине…». А ты же понимаешь, что пяток скамеек и 12 человек что стоят по сравнению с большим зеленым танком.

Тут, правда, в соседнем доме на Каменноостровском проспекте пышно отмечали День рождения некоей дамы. Думаю, и сегодня в ее доме праздник. Так вот, она вышла в сопровождении «свиты», в приподнятом, понятно, настроении и обратилась к нам со словами: «Ну и где, блин, ваши танки?» Мы уложились в истерический смех. Ну действительно: кто-то сказал, что видели танки в Пушкине, после чего тут же переименовали город Пушкин в город «Танкин». Ну а потом прошел слух, что видели военную технику в районе Предпортовой – а это уже совсем близко.

Первая радость пришла утром. Подъехала машина и просто выбросила на мостовую свежие номера «Смены» и «Часа пик». Там были свежеотпечатанные выступления Ельцина и Собчака. Мы уже были со своей страной! Бросили и уехали.

Я пошел по белой разделительной полосе Каменноостровского проспекта и раздавал свежие газеты. Вторую пачку я уже чуть позже привез на Исаакиевскую площадь. Решил поделиться с коллегами. Ну а там случился второй эпизод, который стал знаковым. Подъезжает машина с хлебом. И водитель (экспедитор) выкладывает несколько лотков со свежими, еще горячими батонами, со словами, «это вам» - уезжает. Вот тогда и ушел страх! Появилась уверенность, что мы непобедимы.

Ну а уже позже подъехал еще один водитель с кличем: «Поехали проверим, где псковская дивизия!». Ну я тут же согласился. Нашли дивизию под Выру, на военном аэродроме, что по дороге в Сиверскую. Мы переговорили с местными военными и упросили их позвонить в случае неких передвижениях. Уже потом мы узнали, что руководители города упросили городской генаралитет «под любым предлогом не вводить войска в Петербург».

Уже через сутки, что я провел на Исаакиевской, мы раздавали интервью различным изданиям и праздновали победу. Ну а позже -  митинг и концерт «Рок против танков» на Дворцовой. А еще днем позже – в Москве, в Лужниках.

Теперь о главном. Можно долго описывать трагедию, совмещенную с юношеской романтикой. Можно долго говорить о том, что мы тогда не доглядели. Я говорил о тогда еще маленькой дочери из-за чего я и пришел на Исаакиевскую, мол мы «строим будущее для наших детей». Водитель, который вез нас в Сиверскую, мне ответил коротко: «А мне уже есть, что терять». Ни прибавить, ни убавить. Много позже на Майдане в Киеве мне, на вопрос, а зачем? Ответили чуть более подробно: «Мы имеем право на ошибку, но пусть мы ее совершим сами, а не наши власти». Такая вот простая логика.

Накануне в ИРП прошел круглый стол на эту тему. Большинство участников ностальгировали. Но была и попытка оценить итоги. Сегодня кто-то может сказать, что организовала ГКЧП т. н. «пятая колонна». Но мы же тогда, как ни странно, стояли на баррикадах, в том числе, и за СССР.

Юрист Юрий Вдовин напомнил про тогдашний «дефицит продуктов» и о том, что жизнь «стала невыносимой». Примерно о том же говорил один из лидеров Ленинградского народного фронта того времени Юрий Нестеров. Ну и так далее. Депутат ЗС Борис Вишневский отметил, что не был в те дни в городе, был на лечении, но «проезжал мимо Фороса, где прятали Горбачева».

Ну а оценки. Тогда вряд ли кто понимал, как и что делать с этой пресловутой свободой. Мы были уверены, что эта «свобода» уже навсегда. Говорилось много о люстрации – могла ли она тогда случиться? Докерам Морского порта предлагалось прийти на Исаакиевскую «с топором». Кто-то по советам друзей уехал в Москву защищать Белый дом. Иные говорили об «опереточности переворота». Все это сейчас, по прошествии 25-ти лет.

Георг Габриелян отмечает: «Тем, кто отнял у нас победу, стало жутко вечером 21. С того времени они боятся. Несмотря ни на что. И вот, зная все, что было потом, что бы я делал, окажись в той же ситуации? 19-21 августа я делал бы то, что делал, а вот уже 23 и дальше я поступил бы совершенно иначе»… Я… разве что додумался об этом 24-го.

Сейчас, вспоминая те дни, когда я в 2011-12 годах, выходя на Исаакиевскую площадь уже, скорее, с журналистским заданием, было, подумал, что здесь должна стоять моя дочь, а потом осёкся – ведь я тогда, 25 лет назад, приходил сюда, на баррикады, именно ради того, чтобы она уже больше никогда не приходила по таким поводам, а лишь для получения удовольствия от красоты нашего города. Ан нет.

Сегодня снова встреча тех, кто помнит эти события, на Исаакиевской, в 19 часов. Любопытно, но пять лет назад к Мариинскому дворцу пришел тогдашний спикер ЗС Вадим Тюльпанов. Кто будет на этот раз? 

Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: «Вконтакте», Facebook, Twitter, Telegram






Лента новостей

Проверь себя

Что делать с "Лахта-Центром"?

Проголосовало: 157

Все опросы…