Культура

Про что кричит Фабр

17 ноября 2016 15:25 Галина Артеменко
версия для печати
Вечером в среду 16 ноября 2016 года, когда Эрмитаж работает допоздна, на экскурсию по выставке Яна Фабра «Рыцарь отчаяния. Воин красоты» куратор выставки Дмитрий Озерков  и главный врач эрмитажных котов, руководитель Республики Кошек Анна Кондратьева пригласили зоозащитников и чиновников Управления ветеринарии.
Про что кричит Фабр Фото: Галина Артеменко

Эрмитаж на этот раз в связи с выставкой, на которой среди классических картин  в Зимнем дворце и в новом пространстве Главного штаба Фабр разместил чучела животных, столкнулся с беспрецедентной атакой оскорбленных в своих чувствах граждан, в том числе и троллингом электронных ботов в Сети.

На вечернюю экскурсию, тем не менее, не пришли многие зоозащитники – времени у них почему-то  не нашлось, зато пришли: руководитель Управления ветеринарии при правительстве Петербурга Юрий Андреев и начальник отдела государственного ветеринарного надзора и контроля  Светлана Товстолес, а также представители Центра защиты животных «Вита», известные громкими уличными акциями по защите цирковых животных и животных, мех которых используют для производства одежды, а также несчастных животных, которых нещадно эксплуатируют на городских улицах горе-фотографы.

Экскурсия Дмитрия Озеркова – одного из лучших в Европе кураторов и знатоков современного искусства  - была блестящей. Он говорил о том, как Фабр языком современного искусства в диалоге с великой классикой  говорит о важнейших во все времена  вещах – о метаморфозах, происходящих с человеком, о «синем часе» - времени сумерек между днем и ночью, времени, когда приоткрывается грань между мирами и между жизнью и смертью, о символах, которые были известны старым мастерам и которые мы уже не можем, если специально не обучены, «прочесть», глядя на старую живопись, и зачастую проходим мимо, не улавливая послание прошлого. Он говорил о том, что нам всем следует задуматься – среди какого мира нес и продолжает нести младенца Христа святой Христофор, а не просто разглядывать повешенных людей и отрубленные головы, тщательно выписанные на картине старого фламандца.

Рыцарский зал с привычными нам рыцарями на чучелах коней и с фабровскими доспехами из металла и доспехами и мечом из панцирей жуков. Панцири жуков Фабр закупает в промышленных масштабах в тайских ресторанах – там мясо жуков тоже в промышленных масштабах поедают туристы, не думая особо, что они едят – ну едят и едят.

А вот и скелеты собак, несущие попугаев – здесь Фабр начинает разговор о верности, попранной верности (ведь собака всегда была символом верности, верно?), которая все равно возвращается к своему хозяину, неся в зубах попугая – символ глупости, между прочим. Этот разговор художник продолжит, но уже более жестко, в Главном штабе.

В Аполлоновом зале с маркировкой 16+ художник разместил инсталляцию «Я позволяю себе истекать» - скульптурный автопортрет Яна Фабра упирается носом, разбивает нос о репродукцию картины Рогира ван дер Вейдена «Портрет турнирного судьи», из скульптуры Фабра натекла уже бутафорская лужа крови. Современное искусство уткнулось носом в великую классику и истекло кровью или кровь эпох смешалась тут?

Эрмитаж готов давать ответы на вопросы, между прочим, если вы подойдете к киоскам с печатной продукцией внутри музея, вам бесплатно выдадут научно-популярное издание, тоже маркированное «16+» про выставку Яна Фабра. В открытый доступ его тиражом в 5 тысяч экземпляров не выкладывают, потому что предприимчивые граждане берут пачку и продают за углом.

Итак, Озерков привел нас в Главный штаб, в тот самый зал-трансформер, где висят чучела мертвых котов и собак. Но вначале мы проходим через инсталляцию, посвященную диалогу русского художника Ильи Кабакова в образе мухи и самого Фабра в образе жука – прочтите про нее. Она о том, что современное искусство не объяснишь словами, и всегда будет непонимание. Интерпретация или отрицание. В общем, говоря словами русского классика, «другому как понять тебя…».

Для этих инсталляций – «Карнавала мертвых собак» и «Протеста мертвых бездомных котов» Фабр собирал мертвых животных по автострадам, вез к ветеринарам, констатировал смерть животных и потом вез к таксидермистам.

Озерков напомнил, что в Европе существует Конвенция о защите прав животных, которую подписали 33 страны (Россия – нет), также приняты ряд законов, поэтому граждане обязаны лечить животное, хоронить и т. д. И несут за него законодательную ответственность, которая влечет и наказание. Но среди европейцев далеко не все согласны возиться с больными и старыми питомцами, как, впрочем, и у нас. Поэтому на автострадах выкидывают из машин старых, больных, ненужных.

Ну а мы, добавит автор этого текста от себя – мы лучше что ли? Весь Интернет обошло видео, как под Калининградом добрый человек остановил машину и спас крошечного котенка, которого за минуту до этого выкинули из другой машины. И мы минуту, пока длилось адское видео, смотрели на живой комочек из плоти и крови, сжавшийся от страха среди проносящихся машин. Так вот Фабр возвращает нам наше же – нам, благополучным и состоявшимся, едущим на автомобиле по автостраде и выкидывающим старую собаку из задней двери.

Нам, спокойно фотографирующимся с несчастной обезьянкой, нам, покупающим котенка ребенку и через два дня выкидывающим умирающего котенка, замученного малышом, полупридушенного, но еще живого, в мусоропровод.

Нет, не вы? Вы этого не делаете? Это лично не к вам? Но святой Христофор на старой картине тоже не вешал и не рубил голов, он просто понес через реку беспомощного младенца и согнулся от тяжести и от боли всего мира, которую воплощал в себе Христос.

В зале-трансформере Фабр кладет ушедшим за радугу верным псам и бедным котикам масло и молоко, надевает им колпачки, чтобы смертельный карнавал был не таким горьким. Фабр – художник, шут, бесстрашный Рыцарь отчаяния. Он может крикнуть, что король голый, он не будет политкорректно вешать плакат «Берегите природу, мать вашу», потому что такие плакаты кроме смеха и оскомины ничего не вызывают больше. В этом зале – скрип кошачьих когтей по стеклу – надрывный звук протеста против отвержения, забвения, подлости сытого и бессердечного мира существ, наделенных, как они сами любят говорить, бессмертной душой. Вот про что кричит Фабр.

«Всего несколько десятилетий назад в Бельгии был отменен варварский обычай во время карнавала сбрасывать с колоколен живых кошек, как символ дьявольского начала, теперь кидают плюшевых, - рассказал Озерков. – А Фабр говорит – чем же колокольня отличается от задней двери вашей машины».

«Если бы мы повесили плюшевых животных, это не было бы так жестко, трагизм приходит сюда именно так. – Продолжает куратор. – В Эрмитаже есть все документы, что эти чучела изготовлены из мертвых животных, найденных на автострадах уже неживыми. И когда дело дойдет до суда, а видимо, скоро дойдет, мы все эти документы покажем».

Нет в России закона, который регламентирует, как обращаться с чучелами животных, в любом краеведческом музее вы их найдете. Озерков сказал, что Эрмитаж готов к разговору, к дискуссии, но не к личным оскорблениям и «мордобою» - о Фабре, об этой инсталляции.

Она, кстати, вызывает много параллелей с коллекцией Эрмитажа. Вот на картинах Снейдерса собаки во время охоты – с перебитым хребтом, в луже крови, вот «Новый рынок в Амстердаме» - разъятая туша, и дети рядом, а вот картина перевернутого мира – Паулюса Поттера – дикие звери поймали охотника и его собак и жестоко издеваются над ними. Но между нами и старыми мастерами есть временная дистанция, а современное искусство Фабра говорит с нами внятным современным языком, пусть невербальным, но хватающим за душу.

Чиновники, в очередной раз затянули песню о том, что «русский народ этого не поймет». Юрий Андреев, начальник Управления ветеринарии, резюмировал: «При всем понимании того, что вы здесь говорите, это пространство не может восприниматься русским человеком нормально, до наших людей так не достучаться. И кивать на Европу не стоит, а наши люди, которые тонко чувствуют свое взаимодействие с питомцем, не поймут, что говорит художник, хотя с его точкой зрения интересно познакомиться».

Тем не менее, господин Андреев считает, что такая дискуссия важна, что эта выставка, если ее увидят и те, кто принимает решения, сможет хоть немного протолкнуть федеральный закон о защите животных, который девять лет разрабатывался в Петербурге. И, возможно, на выставку Фабра будут приглашены члены Общественного совета по  вопросам отношения к домашним животным, который возглавляет вице-губернатор Ольга Казанская. Еще Андреев считает, что для проникновения болью за животных, достаточно не к Фабру в Эрмитаж прийти, а в любой приют.

Кстати, как рассказала корреспонденту MR7.ru Анна Кондратьева, недавно из одного из приютов забрали щенка, которого никто не хотел брать – пришел мужчина как раз после выставки Фабра.

Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: «Вконтакте», Facebook, Twitter, Telegram, Одноклассники



Лента новостей

Проверь себя

Что делать с "Лахта-Центром"?

Проголосовало: 833

Все опросы…