Город

Тайны вытрезвителя КГИОП

20 декабря 2016 19:44 Галина Артеменко
версия для печати
Глава КГИОП Сергей Макаров провел эксклюзивную экскурсию по комитету, находящемуся в историческом здании бывшего Министерства просвещения Российской империи – для победителей  фотоконкурса проекта ВООПиИК «Открытый город» и журналистов.
Тайны вытрезвителя КГИОП Фото: Галина Артеменко

Макаров рассказал, что Комитет по охране памятников, которому в следующем году исполняется 100 лет, покидал это здание лишь в блокаду – служащие переселились в БДТ – театр находится неподалеку, но там были и бомбоубежище, и столовая.

 

Экскурсия по старому зданию началась с полнейшего эксклюзива – Макаров повел журналистов в бывшую коммунальную квартиру на первом этаже, которая существовала в симбиозе с инспекцей по охране памятников довольно долго, а потом все пространство в 500 квадратных метров занял вытрезвитель. Так и жили. Чиновники ходили в Комитет с парадного входа, клиентов вытрезвителя доставляли со двора – у бывшей квартиры был черный ход.

 

Закрыли заведение не столь давно – при Вере Дементьевой, которая возглавляла КГИОП с конца 2003 по начало 2011 года. Кстати, сама Вера Анатольевна приложила немало усилий, чтобы убрать место вытрезвления из здания федерального памятника. Теперь здесь располагается с комфортом юридическое управление Комитета, ничто не напоминает о вытрезвителе.

 

А жаль. Макаров говорит, что застал еще таблички на дверях: «Фельдшер», «Начальник вытрезвителя».  Надо было эти артефакты оставить. «Была замечательная история, когда Вера Анатольевна (Дементьева. – Прим. ред.) занималась выселением вытрезвителя, она пришла к начальнику, - рассказывает Макаров почти как легенду. – Постучалась, открыла дверь: за столом сидит усталый капитан в наброшенном небрежно  кителе, курит. Вера Анатольевна ему с возмущением: «В помещении памятника федерального значения курить! Что это такое!» А он на нее взглянул устало и сказал: «Ваши документы!»

 

«Люди до сих пор помнят, что здесь был вытрезвитель, собираются  в тепло время года вечерами во дворике, бывает, у меня под окнами кабинета», - говорит глава КГИОП

Мы идем дальше по коридору бывшего вытрезвителя и попадаем в большую комнату, почти зал. «Комитет один из немногих  в Смольном,  который раз в три месяца сдает макулатуру, других коллег из других комитетов мы не смогли приучить к этому общественно-полезному труду, никто не хочет,  -  говорит председатель. –  Но здесь в этом помещении мы хотим сделать небольшой музей находок, которые у нас случаются в процессе  реставрации наших объектов, много интересных штук».

 

Вот недавно, к примеру, в особняке Половцова нашли папку с конкурсными работами памятника  Ленину, что у Финляндского вокзала. Конкурс был всесоюзным, проекты присылали не только профессионалы. Вот дядечка из Ялты прислал описание своего проекта – каллиграфическим почерком. Ленин на постаменте, а внизу – барельеф с полубнаженной женщиной, в грудь которой впился орел, символизирующий, конечно же, проклятый царский режим, женщина только просыпается, но взгляд ее обращен вверх – где Ленин на постаменте.  «Это не передать словами – это письмо надо читать!» - говорит Макаров.

 

В этом пустом зале, кроме огнетушителей, – макет Собственной дачи в Петергофе и ее  окрестностей. Над макетом объявление: «Осторожно, макет не закреплен!».  Макаров рассказывает, что он подсмотрел идею в Лейпциге – сделать в Собственной даче реставрационный центр, где бы реставраторы могли обмениваться опытом, а для детей и подростов проходили бы мастер-классы. Примерно такая идея была и у Елены Кальницкой – генерального директора «Петергофа» для Ропши, но денег на восстановление убитого Ропшинского дворца никто не дал, зато его решила взять себе для представительских целей «Роснефть», ну хоть восстановит и на том спасибо. Для превращения в реставрационный центр Собственной дачи средств надо гораздо меньше, она не в таком страшном состоянии. Проект уже сделан, Макаров считает, что активную фазу работ можно  будет начать в 2018 году. Кстати, на макете видны и миниатюрные ворота, оригинал, как мы помним, злоумышленники украли и собирались «толкнуть» на Авито, добрые люди не дали, передав  ворота в КГИОП.

 

Вы возвращаемся в вестибюль, чтобы подняться по лестнице. В вестибюле КГИОП стоит многострадальная Афродита – та самая, что когда-то стояла в зимнем саду особняка Сан-Галли и по легенде была создана в память о возлюбленной владельца, утонувшей в пруду. Чугунная девушка покрыта медью, на улицу ее выставлять нельзя, так как это опасно для поверхности. Что будет с красавицей, кто будет смотреть на нее, когда КГИОП покинет эти стены, чтобы отправиться вместе со своим архивом и другими комитетами Смольного в Невскую ратушу? «Мне бы не хотелось, чтобы Комитет уезжал, мы охраняем памятники и должны находиться в центре и в здании – памятнике, но мы – в списке на переезд», - говорит Сергей Макаров.

 

Мы поднимаемся по старинной лестнице. Когда-то здесь был лифт, но после его демонтажа открылся стеклянный фонарь в потолке. Сворачиваем в коридор – узкий и высокий, с дверями кабинетов по стенам. Вот кабинет председателя. Это не тот кабинет, где когда-то сидел императорский министр просвещения, просто кабинет какого-то чиновника. Мебель – старинная, но сборная. Председательский стол, огромный,   с резными деревянными панелями – из Адмиралтейства. «Стол для работы ужасно неудобный,  много резьбы, в первый день своей работы я поставил два синяка – первый, когда садился - об левую голову дракона стукнулся коленкой, второй – когда вставал – о правую голову ударился, потом попривык», - комментирует председатель.

 

Из Адмиралтейства же и  большой стол с зеленым сукном – на нем раскладывали карты, не игральные, конечно. Откуда старинное зеркало с путти и часы с боем – председатель не знает. Под стеклом на другой стене – карта имперской столицы 1906 года. Все убранство и дизайн кабинета придумала в свое время Вера Дементьева. Когда Комитет поедет в Невскую ратушу, все это с собой не возьмет – все имущество, что старше трех лет, надо оставить. Вот кому достанется?

 

На зеленом сукне старинного стола – обломки львиных лап каррарского мрамора. Я их видела уже – когда была на завершении реставрации башни-руины в Орловском парке. Эти лапы – все что осталось от разрушенной дачи Орлова. Они займут свое место в зале музея находок на первом этаже, в бывшем вытрезвителе. А что будет потом, когда Комитет двинется вместе с архивом в Невскую ратушу,   думать как-то не хочется.

Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: «Вконтакте», Facebook, Twitter, Telegram






Лента новостей

Проверь себя

Что делать с "Лахта-Центром"?

Проголосовало: 235

Все опросы…