Культура

Виза в Византию

9 февраля 2017 16:29 Ирина Парамонова
версия для печати
Особая аура античного мира, уникальное сочетание предметного и абстрактного, физического и метафизического — первая посмертная выставка классика ленинградского нонконформизма Глеба Богомолова. «МР» погрузился в мир визуальной мифологии с куратором выставки в музее Эрарта Владимиром Назанским.
Виза в Византию Фото: erarta.com.

Феномен

Глеб Богомолов – совершенно уникальный художник, не похожий на своих собратьев по андеграунду, и тем более на официальных художников. Для конца ХХ века следование определенным стилям было равнозначно признанию вторичности. Богомолов искал свой путь. И это не типология, это феноменология. Это уникальный путь, уникального художника. К концу 70-х он пришел к особой теме — соединению византийского, древнерусского искусства с современными художественными формами. Его работы напоминают старые, стершиеся от времени иконы и фрески: поверхность словно испещрена утратами, искусно прописанными. Его работы создают особое чувство, особое ощущение истории, времени, погрузившись в которое можно словно получить визу в Византию для такого метафизического путешествия в глубины нашей культурной памяти.

Корни

Сама тема исторической памяти характерна для Петербурга. Богомолов пережил блокаду, помнил послевоенные годы, когда степень разрушенности напоминала гибель древних цивилизаций. Богомолов не был в современном смысле воцерковленым человеком, он жил в другую эпоху — родился в 1933 году. Но по своей природе он, конечно, духовный художник, хоть внутренне и бунтарь. Кажется, что он в каких-то других перевоплощениях жил в Константинополе или Новгороде эпохи Феофана Грека. Он словно вспоминает в своих работах прежние времена, глубинные архетипы русской культуры. Во многом это могло произойти именно в Петербурге, имперской столице — когда-то имелась в виду Москва, как третий Рим. Но по-настоящему третий Рим возник в имперский период России, когда Петербург был столицей, и были построены потрясающие храмы, дворцы. Не удивительно, что именно этот город породил такого художника, как Глеб Богомолов.

Рамки современного

Мы широко трактуем понятие «современное искусство», не зауживая его понятием «актуальное». Актуальное искусство – это часть современного искусства, и зритель ждет всего диапазона современного искусства, а не только его радикальной части. Поэтому мы предоставляем такую возможность. Богомолов — это, безусловно, современное искусство.

Наследие

У Богомолова было 250 выставок, он представлен в десятках музеев, в государственных и частных коллекциях. Очень много работ разошлись по всему миру. Но сохранилась его мастерская в доме на Старом Невском. Семья придерживает работы, чтобы их можно было показывать в формате выставок. Идея с мемориальной мастерской тоже хорошая, потому что нигде так работы не смотрятся, как в мастерской, где все пропитано его энергией. Он любил музыку эпохи Возрождения, барокко. Когда я к нему приходил, у него всегда звучала удивительной красоты музыка. Он, конечно, жил во многих временах одновременно. Все было насыщено этим духом.

Татьяна Богомолова, вдова художника: Мне еще по-прежнему трудно говорить о Глебе, поэтому скажу о его работах, которые в каждом пространстве, при каждом новом освещении работают абсолютно по другому. Когда картины повесили в Эрарте, я была поражена — это другое существование до боли знакомого мира. В доме тоже так бывает: утром так работа смотрится, вечером — иначе. Но здесь в музее это словно совершенно другие работы. Не знаю, хорошо это или плохо. Но я вижу, как много Глеб хотел сказать каждой работой.

Татьяна Юрьева, искусствовед: Богомолов — это абсолютно единичное художественное явление и явление человека, который неистово работал. Я много раз наблюдала, как он работал, это было невероятно. Он не понимал, что такое отдых. Глеб буквально вгрызся в историю мирового искусства и создал свое, совершенно уникальное понимание античного искусства, классики, римского портрета. Он абсолютно ко всему стремился подойти с личностной позиции. Он признавал искусство только то, которое несло пусть потаенный, но смысл. Он был погружен в свой внутренний мир. Сейчас мало у кого столь богатый внутренний мир. Богомолову было куда погружаться, что находить и что выдавать, вкладывать в живопись.
 

Выставка доступна в музее Эрарта (29-я линия В. О., д. 2) до 10 апреля. 

Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: «Вконтакте», Facebook, Twitter, Telegram






Ранее по теме

Лента новостей

Проверь себя

Что делать с "Лахта-Центром"?

Проголосовало: 558

Все опросы…