Культура

Михаил Дзюдзе: Я даже во сне будто держу в руках инструмент

22 мая 2017 11:38 Ольга Комок
версия для печати
24 мая в Большом зале филармонии состоится фьюжн-марафон в стиле этно фестиваля «Национальная коллекция». В одном пространстве встретятся европейский и русский народный оркестры, ирландская флейта, якутский хомус, казахский кобыз, монгольский морин хуур, среднеазиатский гиджак, белорусские цимбалы. Михаил Дзюдзе рассказал «МР» об идее фестиваля и чувствах к контрабас-балалайке.
Михаил Дзюдзе: Я даже во сне будто держу в руках инструмент

МР: Михаил, первый вопрос – конечно, о фестивале «Национальная коллекция», который вы проводите уже во второй раз. В чем отличие программы этого года?
Михаил Дзюде: Первый раз — это всегда пробный камень, тем не менее фестиваль стал успешным с самого начала: мы четко определились с идеей. Цель фестиваля — соединение музыкантов разных стилей и традиций в неожиданных ансамблях, смешение жанров. Надо признать, что все жанры переживают определенный кризис, особенно в исполнительстве на народных инструментах. Я ездил по городам, выступал с самыми разными оркестрами, везде были аншлаги, но — это взрослая, даже пожилая публика, а молодежь, к сожалению, не идет в филармонические залы. Ее-то мы и привлекаем своими нестандартными программами. В том числе с помощью музыкантов высочайшего уровня.

Участники фьюжн-марафона 24 мая – суперзвезды?
В смысле высоты их искусства — безусловно, да. Юлиане Кривошапкиной из Якутии (ее инструмент – хомус) подвластны просто неповторимые голосовые эффекты. То же можно сказать о Буттулге Ванчиндорже (горловое пение и национальный монгольский инструмент морин хуур). Из Беларуси приедет Вероника Прадед (цимбалы) — виртуоз, энтузиаст, для нее пишут музыку современные композиторы. От Руслана Гурудэ, певца и мастера игры на национальных хакасских инструментах, я до сих пор нахожусь в шоке. То, что он делает — нечто на уровне шаманства, языческого таинства. Но он не «звезда», как в поп-музыке или даже в классике. Этно-музыканты этого уровня находятся в другом мире, другом состоянии и не могут быть «звездами» в том смысле, в котором мы привыкли: так, чтобы фанаты толпами валили на громкое имя. Все они очень скромные. Впрочем, в марафоне их оттеняют суперзвездные классики: Алексей Игудесман — скрипач, шоумен, настоящий кроссоверщик, известный и признанный во всем мире. Борис Андриянов и Даниил Крамер не нуждаются в представлении. В обойме и наши русские народники: Александр Цыганков, Андрей Горбачев и ваш покорный слуга, а также сразу два оркестра, оркестр национальных инструментов «Тереме» и классический, под руководством Фабио Мастранджело, который тоже проявит себя в несвойственной ему манере, в роли кроссоверщиков. Вот такой серьезный замес.

«Национальная коллекция» — не только фестиваль, но и школа. Кого и чему вы учите?
Наша детско-юношеская школа будет проходить уже второй раз в Плесе на Волге. Мы приглашаем около сорока учеников, лучших во всей России исполнителей на народных инструментах, причем не только русских. Приедут педагоги-музыканты, гуру в своей области, для проведения мастер-классов. А после будет создан детский оркестр, который сыграет на большом гала-концерте, ученики выступят вместе со своими учителями. Но наша цель — не научить детей играть. В России хорошая школа, и уровень подготовки очень высокий. Для нас важнее, чтобы люди спросили себя — зачем я здесь? Кода я путешествую с концертами по стране, даю бесплатные мастер-классы, бывает, взглянешь на оркестр: очень красивые девушки и юноши сидят с таким выражением лица, будто работают на шахте. «Вы что? — говорю, — Разве вы пришли на похороны?» Вспомните, как вы когда-то пришли в музыку и почему. Наверное, потому, что полюбили ее, полюбили инструмент. Если нет любви – поменяй инструмент, уйди из музыки. Если же любишь… Все, выпучив глаза, бегают по халтурам, чтобы как-то заработать, и это можно понять. Но, если ты вышел на сцену, если участвуешь в акте живого концертного исполнения — вспомни, что занимаешься тем, что любишь. Я даже специально делаю пометки в произведении, пишу: «Здесь мы все улыбаемся». «Даже флейтист с инструментом у губ должен улыбаться», – говорю я им. Они, конечно, смеются. Но так создается атмосфера в оркестре, так выкристаллизовывается суть того, чем мы занимаемся. Иначе все превратится в рутину, а этого нельзя допустить!

Казалось бы, в русской народной музыке не должно быть проблемы рутины, это же «наше всё».
Энергетически народная музыка очень заряжена, но массовых слушателей у нее нет. Наши российские музыканты прекрасны, но они забыли, зачем пришли в музыку, потому что вынуждены выживать любой ценой. Сначала человек любит музыку и учится. Но солистов много быть не может (такова специфика русских народных инструментов — она коллективная, оркестрово-ансамблевая), и молодые люди идут в ансамбли, оркестры. Выжить на эти зарплаты невозможно. К тому же, если классик может уехать за границу, то народники не нужны на Западе. Если мы не задумаемся об этом сейчас — лет через десять в концертных залах никого не будет, и это конец культуре, а без культуры нет нации. К тому же, мы не можем заниматься только одной культурой — в нашей стране такое количество этносов. Потому мы и организовываем фьюжн-марафон, такой музыкальный союз. И надеемся, что это даст приток свежей крови в процесс.

Как же получилось, что вы лично выбрали такой непростой для карьеры инструмент?
У меня нет душещипательной истории о том, как я маленьким мальчиком хотел стать контрабасистом. В музыку попал случайно, учился играть на виолончели в музыкальной школе, закончил Ленинградское училище им. Мусоргского и консерваторию по классу симфонического контрабаса. Я прочил себе совсем другую карьеру, но судьба распорядилась так, что я всю жизнь играл на контрабас–балалайке. В молодости я не задумывался об этом, все шло по течению. Но с годами понял, что моя судьба, вся моя жизнь, моя карьера, вся моя известность, все, что я имею сейчас, — благодаря этому инструменту. Я ловлю себя на том, что уже заточен под его корпус, даже сплю, наверное, так, будто держу в руках инструмент. Конечно, инструмент (вам скажет это любой музыкант со стажем) — это особый живой организм. Он болеет, переживает, чувствует погоду, влажность, климат. Чувствует мое настроение и всегда имеет свое. Но он не предаст, не подставит, и это сродни родственным отношениям.

На концерте вы исполните произведение Евгения Петрова, написанное специально для вас — это будет премьера?
Премьера концерта уже состоялась, и публика в диком восторге. Я счастлив поделиться тем, что для контрабас-балалайки стали писать музыку как для сольного инструмента. Евгений Петров, замечательный петербургский композитор, написал произведение, которое называется «Фильм-концерт». И действительно, музыка очень кинематографичная, эмоциональная, сложная. При всей модерновости она понятна каждому, основана на простых человеческих ассоциациях.

«Национальная коллекция». Фьюжн-марафон в стиле этно. 24 мая 2017, 20:00 Большой зал Санкт-Петербургской филармонии им. Д. Д. Шостаковича. Программа концерта на сайте Филармонии
 

Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: «Вконтакте», Facebook, Twitter, Telegram, Одноклассники



Проверь себя

Что делать с "Лахта-Центром"?

Проголосовало: 876

Все опросы…