Общество

Отходное место

26 июня 2017 14:13 Андрей Рысев
версия для печати
На последней прямой линии президента России Владимира Путина с народом один из вопросов был посвящен теме свалок. В частности, речь зашла о подмосковной Балашихе. И это не единичный случай – свалка простирается по всей стране. Подобное явление и в Красном Бору в Ленобласти, а в Пскове главная помойка города уже пришла в городскую черту. И все они уже давно переполнены.
Отходное место

Раскинувшиеся повсеместно и особенно вокруг крупных городов законные и незаконные свалки уже давно «украшают» наши веси. Но если за незаконные мусорные захоронения должны отвечать их организаторы по закону, то официальные фактически не поддаются описанию и действуют в основном лишь на временных предписаниях. О продлении срока еще на некоторое время. А потом еще на некоторое.

Пришел, увидел, наследил

Один из нагляднейших примеров, попавший на первые полосы газет, – свалка в Балашихе. Последние события происходили так: сначала эта тема вошла в список вопросов президенту на его прямой линии. Реакцией «разобраться» дело не закончилось, и губернатор области тут же поехал на место и пообещал жителям к 2019 году решить проблему свалки. К слову, по плану развития МО этот срок обозначен 2021 годом.

Полигон «Кучино» появился в 1964 году на месте отработанного глиняного карьера и ныне занимает 59 га. Ну а его высота достигает местами 80 м. В год полигон принимает до 600 тыс. т отходов из столицы и разных районов Подмосковья. С северо-восточной стороны полигона расположена несанкционированная свалка: автомобильные покрышки, битый кирпич и другой строительный мусор.

С другой стороны власти Балашихи не скупились на выдачу разрешений на строительство жилых домов в защитной зоне вокруг свалки – помойка хоть и одна, но прибыль все равно делить порознь. Там построено много домов для силовиков.

Но вернемся в день сегодняшний. Понятно, что если бы речь шла о 2019-21 годах, то и вопрос на тему помойки в Балашихе никогда бы не прозвучал на прямой линии. Президенту задали только те вопросы, на которые он мог ответить. Это раз. Два – быстро решить проблему, чтобы показать электорату «кто в доме хозяин», особенно за несколько месяцев до выборов. Ну и три – «помочь» Ротенбергу-младшему (Борис Ротенберг – друг детства Владимира Путина. – Прим. ред.) и Ростехнологиям (руководит Сергей Чемезов – коллега президента по работе в КГБ СССР) заработать деньги.

На кону стоят 4,5 млрд рублей. И решение, пусть и кулуарное, как говорят некоторые источники, принимались в марте–мае 2017. Так что Путину на прямой линии краснеть не пришлось, а жителям Балашихи ничего не остается, как гордится первым лицом.

И вот, утром 23 июня, на подъезде к свалке появились ограждающие бетонные плиты. Отметим, что еще за несколько часов до сакрального времени «Ч» у въезда к «Кукчино» собрались мусоровозы. В 3 часа ночи пробка из пытавшихся успеть разгрузиться до 6 утра было порядка 600-700-т самосвалов.

Искренне сочувствую тем, кто волею судеб, а точнее, наглых и вороватых чиновников обзавелся жильем у помойки. Но власть имущие ответственность вряд ли понесут, а вот жители страдают уже сейчас и будут страдать дальше, когда повысится плата за вывоз мусора. Некоторые эксперты говорят, что речь идет о повышении чуть ли не в 100 раз.

Псков не отстает

Так происходит фактически повсюду, но есть еще один живой пример. Псковская свалка. Когда-то она была на окраине города и еще в 80-е годы в полутора-двух километрах от черты города. Однако город рос и, в настоящее время свалка уже в черте областного центра и до ближайших домов уже сотни две метров, а точнее, фактически через Рижское шоссе. Жителей новых районов спасает лишь то, что восточный – юго-восточный ветер в Пскове большая редкость.

Сама же свалка уже давно выработала свой ресурс, и ее должны были закрыть по представлению прокуратуры еще в 2015-м. Есть даже решение суда, запретившее эксплуатировать полигон, но он, несмотря ни на что, действует до сих пор. Сроки закрытия свалки постоянно продлеваются. Мусорную территорию было разрешено эксплуатировать до июля прошлого года, потом служители фемиды пошли властям навстречу и снова отстрочили вступление в силу своего решения – на этот раз до января 2018 года.

При этом каждый раз муниципальные и областные чиновники заявляют о том, что очередная отсрочка — это в последний раз и рассказывают о планах по обустройству нового полигона ТБО, обещают, что жителям дальнего Завеличья, вдыхающим зловония, осталось потерпеть совсем немного. Чиновники в свою очередь как мантру повторяют жителям: «Величина проблемы понятна, и муниципалитет делает все, чтобы полигон ТБО в ближайшее время остановил свою работу и прекратил разрастаться».

Но несмотря на все заверения, пока нет точного места расположения нового полигона. Речь идет о ревизии 12 оставшихся полигонов области, понятно по какой причине – куда еще можно возить мусор. Слова про переработку или про строительство перерабатывающих заводов еще даже не положены на бумагу.

Сама свалка родилась еще в 1947 году и ее размер – 4 гектара. Прием мусора – 400 кубов в год, и эта цифра постоянно растет. Помнится, еще в 2002 году кандидаты на выборах грозились решить мусорный вопрос, а в 2004 году тогдашний губернатор области Евгений Михайлов даже подписал договор с муниципалитетами о совместных действиях по закрытию помойки. Но сколько уже губернаторов с тех пор сменилось, но поток отходов прекратиться так и не смог.

Нынче в прокуратуре области говорят, что после 1 января работа полигона продлеваться не будет. Хотя в это трудно верится. Места для новой свалки нет, а значит и не ведутся работы по оборудованию полигона. А за полгода такие вопросы не решаются.

Хотя все, как один, чиновники не только отделываются общими словами, но и высказываются довольно резко. Так, член Общественной палаты Псковской области Игорь Батов называет эту ситуацию «отрыжкой нашей коррупции», а губернатор Андрей Турчак – «миной замедленного действия». Но сказать проще, чем решить проблему.

Как закрывались свалки

Ну а если вернуться поближе к Петербургу, то здесь тоже «не скучно». Первые решения провела в середине прошлого десятилетия губернатор Валентина Матвиенко. Речь шла об огромной свалке в Приморском районе. Тогда в ходе традиционного объезда губернатору показали огромную гору мусора. Ну и по итогам объезда, Матвиенко, как человек спортивный, пообещала засыпать свалку и на ее месте организовать горнолыжный курорт. Курорт особо не задался, но мусор был погребен под грунт. Вариант.

Другое решение было более радикальным. Жители Царского Села постоянно жаловались на присутствие у Пулковских высот городской свалки. И здесь, в отличие от Пскова, роза ветров с преобладанием западного – северо-западного ветра серьезно отягощали жизнь людей.

Но случилось непредвиденное. За несколько дней до сентябрьского 2013 года саммита G-20 в Пулково были отложены сразу несколько авиарейсов. Причина – задымление взлетно-посадочной полосы. А тут же со дня на день прилетят спецборты с президентами, премьерами и прочими гостями! Те, кто поджигали свалку, были весьма смекалистыми товарищами. Как итог и эту свалку оцепили и закрыли.

Этюд в красноборских тонах

Неподалеку от Петербурга есть один полигон, вызывающий очень серьезное опасение у жителей и экологов. Это Красный Бор -  крупнейший полигон для размещения опасных производственных отходов на территории СЗФО. 

Площадь полигона составляет 73 га. По внешнему контуру полигона создан обводной канал для перехвата поверхностных вод с прилегающей территории к полигону. Полигон находится в двух километрах от посёлка Красный Бор, в пяти километрах от Колпино и в 30 км от центра Петербурга. В 1969 году, когда полигон начал свою работу говорилось, что под Колпино находятся мощные залежи синих кембрийских глин, чем и объяснялся выбор места для захоронения высокотоксичных отходов.

Но уже к середине 1990-х годов выяснилось, что котлованы в глине не являются герметичными. Это приводит к загрязнению соседних с полигоном полей, рек, включая Неву, а также атмосферы, хотя «разрешение на выброс вредных (загрязняющих) веществ в атмосферный воздух отсутствует».

Экологи и неравнодушные граждане не раз поднимали вопрос о превышении предельно допустимого объема захороненных отходов. Особенно речь о полигоне зашла в 2016 году, когда обводной канал дал течь, а точнее, от перенаполнения отрава просто стала переливаться через край и в итоге «скрашивала» и без того не бедную на вещества из таблицы Менделеева Неву.

Тогда соорудили сначала одну, потом вторую защитные дамбы, хотя, по словам экологов, это особого влияния на попадание нечистот в главную реку города не оказало. Это лишь скрыло явно открытый сток. Затем, чтобы атмосферные осадки не добавляли опасности выхода резервуаров из берегов, одну из карт решили закрыть. Хотя экологи жалуются: «Привезли фанеру, навалили ее на карту и отчитались, что герметизировали, ну а сейчас сама фанера уже токсичный продукт».

Параллельно активист Виктория Маркова 30 дней стояла в одиночном пикете у Смольного с требованием приема у губернатора, но это результата не дало. Но случилось заседание Невского международного экологического конгресса, где такая встреча состоялась, причем не только с губернатором, но и лично с министром природных ресурсов и экологии РФ Сергеем Донским, где и было передано обращение.

В нем говорится о новой старой концепции по укрытию котлованов полигона. То есть вместо рекультивации Комитет по природопользованию Санкт-Петербурга предлагает консервацию. Сергей Донской, согласившись с Викторией, назвал предложенный алгоритм «полной глупостью».

В документе указывается на неэффективное расходование бюджетных средств в Комитете по природопользованию, это является причиной аварийного состояния полигона «Красный Бор» и препятствием к его рекультивации. На протяжении ряда лет комитетом и полигоном осуществляются строительные и иные работы без разрешения на строительство и без проектной документации.

Как результат, работы по государственным закупкам комитета и СПб ГУПП «Полигон Красный Бор» не выполняются, а деньги в особо крупном размере выводятся из бюджета города и присваиваются заинтересованными лицами, - говорится в обращении.

Сама ситуация развивается уже четверть века. В 1991-м Ленсовет принимает, а Анатолий Собчак подписывает постановление о необходимости поиска нового места для полигона, прекращения отправки токсичных отходов в Красный Бор ввиду его переполненности и консервации полигона.

1994 год. Владимир Путин, как зам Собчака в мэрии обращается в Москву с просьбой помочь в строительстве завода по переработке отходов в Красном Бору, а ситуацию называет «чрезвычайной». Но это опять-таки слова.

Прошло 23 года. Депутат Тосненского муниципального района Ленинградской области Юрий Кваша рассказал MR7 о двойственных результатах работы:

- На уровне Петербурга уже принято решение о консервации полигона и рекультивации открытых карт котлованов с жидкими токсичными отходами. Это, безусловно, прогресс. Но до сих пор у города нет ориентации на ликвидацию всего накопленного экологического ущерба окружающей среде, в том числе в 3-километровой  санитарно-защитной зоне вокруг  полигона. 

Будут проведены изыскания в границах территории полигона, но это не то комплексное обследование, на котором настаивали экологи и  эксперты. Практически вся дальнейшая история с полигоном, на мой взгляд, будет сводиться к дорогостоящим строительным и хозяйственным работам.

Что же касается предложений чиновников, то проблема хоть и сложна, но, в сущности, может привести к тому же знаменателю, что и в Балашихе: найти иностранцев, тех же японцев, купить у них за десятки миллиардов рублей технологию и ее благополучно внедрить, заодно освоив государственные деньги. Ну а сами представители чиновничества с удовольствием уже ездят по разным странам, изучая технологии прошлого века – новые нам как-то не особо и показывают.

Юрий Кваша с недоумением продолжает:

- В то же время в России имеются простые и безопасные технологии обезвреживания токсичных отходов (НДТ), не требующие астрономических сумм на строительство всевозможных  фантомов и борьбу с экологами. Мы знаем несколько предприятий в России, которые уже имеют образцы опытно-промышленных испытаний своих установок на полигоне «Красный Бор».

Но, увы, до этого нет никому дела, особенно,  когда речь идет об  относительной дешевизне отечественных технологий. Можно было бы просто собрать производителей на открытой опытно-промышленной площадке на полигоне, предоставить им возможность провести испытания, т. е. поставить  в одинаковые технологические  условия, и сравнить полученные результаты после обезвреживания отходов, взятых из карт-котлованов. Ну и с лучшим производителем заключить государственный  контракт. Замечу, это уже не будут цифры в 80 млрд рублей. Они будут значительно дешевле.

Но на царя мы, все же, рассчитываем. Во всяком случае, наши активисты и, безусловно, Юрий Кваша:

- Мы надеемся, что какие-то конкретные и судьбоносные для жителей СПб и ЛО решения все-таки будут приняты на заседании Совета безопасности. Насколько мне известно, оно состоится уже на следующей неделе. Надежда, как всегда, только на президента России Владимира Путина.

Ну а пока, как говорится, «гром не грянет», нашим чиновникам гораздо проще и приятней думать об осязаемых проектах – новые набережные в Пскове, новые дома в Балашихе или новый стадион в Петербурге. А то, что там, в Красном Бору происходит, хоть город и не красит, но незаметно для обывателя. До следующего пожара или протечки.

Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: «Вконтакте», Facebook, Twitter, Telegram, Одноклассники



Лента новостей

Проверь себя

Что делать с "Лахта-Центром"?

Проголосовало: 823

Все опросы…