Общество

«Мне годовщину победы встречать не с кем»

5 июля 2017 11:32 Сергей Ковальченко
версия для печати
Петербургский писатель-фронтовик Даниил Гранин был важным свидетелем Второй мировой войны, соавтором «Блокадной книги» и автором самого мощного высказывания о потерях Советского Союза в войне. Что такое 42 млн погибших? Это не цифра. Это одиночество, - сказал он в своем последнем большом интервью. Он считал Сталина изувером и преступником, которого нужно проклясть, а прах его сжечь.
«Мне годовщину победы встречать не с кем»

Биография

Писатель и общественный деятель Даниил Гранин (настоящая его фамилия Герман) родился 1 января 1919 года в городе Вольск Саратовской губернии, по другим сведениям — в городе Волынь Курской губернии, в семье лесника.

Окончил электромеханический факультет Ленинградского политехнического института, работал инженером на Кировском заводе.

В 1941 году ушел на фронт с народным ополчением. За военные годы прошел путь от солдата до командира роты тяжелых танков. После 1945 года работал в Ленэнерго, выступал со статьями в научно-технической периодике. Первое художественное произведение опубликовал в 1949 году.

Даниил Гранин стал известен благодаря своим романам «Искатели», «Иду на грозу», «Зубр», эссе «Эта странная жизнь» и «Страх», повести «Прекрасная Ута», «Сад камней», «Месяц вверх ногами», «Дождь в чужом городе».

Гранин - кавалер ордена Святого Андрея Первозванного, Герой Социалистического Труда (1989), почетный гражданин Петербурга (2005). 

О своей войне

«Я не писал по-настоящему о войне, хотя у меня была особенная война, которая шла почти четыре года и была совершенно непохожая на то, что творилось на других фронтах. У нас много замечательных книг о войне, но там нет моей войны, нет тех странностей, которые были на Ленинградском фронте, нет того, что было продолжением войны после войны - я считал, что в Питере после войны война продолжалась, - рассказывал Даниил Александрович несколько лет назад, представляя свой роман в Библиотеке имени Маяковского. - Странности войны – до фронта можно доехать на трамвае, пока трамвай ходил, а «на нейтралке был овраг, там появился невесть как черный рынок. Оставляли друг другу, а может, кидали. Немцы меняли свою булку на махорку. Нравилось им крепкое наше курево. Еще их прельщала водка, валенки, кремниевые самодельные зажигалки. У них выменивали куски туалетного мыла, мазь от чирьев, писчую бумагу».

Тогда на встрече в библиотеке Даниила Александровича спрашивали про возникновение на войне ненависти. И задал тот вопрос уже пожилой человек, который многие годы дружил с ровесником писателя, пробывшим в немецком плену. Вопрос про ненависть оказался для Гранина важным: «Мы встретили войну безоружными не только в смысле оружия, мы морально были безоружны. Ведь в Москву перед самой войной приезжал Риббентроп, они обнимались с Молотовым. Немцы были нашими, казалось бы, союзниками. Германия казалась ближе, чем Англия, Франция, тем более - Америка.

И когда началась война, мы должны были стрелять в немцев, к чему не были готовы морально, а они были готовы - потому что пришли в дикую Россию, где жили недочеловеки, низшая раса, которую можно было уничтожать. Я помню первого пленного - это был младший офицер. Мы говорили ему, что мы братья, напоминали имена Карла Либкнехта, Розы Люксембург, Эрнста Тельмана - ведь мы проходили это в школе. Нам было очень трудно найти в себе ненависть, но немцы очень быстро нам в этом помогли - они вешали, убивали, сжигали деревню за деревней. Но пока мы не возненавидели по-настоящему, не могла начаться настоящая война».

Накануне 95–летнего юбилея – в самом конце 2013 года Гранин представлял еще одну свою книгу – «Человек не отсюда», жанр которой трудно определить, это написанные в разные годы короткие заметки, эссе, размышления, избранные интервью, цитаты, бытовые зарисовки. Гранин вновь и вновь возвращается к теме войны, Ленинградской блокады, Большого террора и «Ленинградского дела». «На литературе лежит обязанность сотворить свой Нюрнбергский процесс над Сталиным.

Со дня XX съезда – культ разоблачили и оробели. Опять топчемся, мнемся. Начнем говорить – поперхнемся. Чего бояться? Сказать, что правил нами изувер, преступник. Его проклясть надо, прах сжечь, развеять, как это сделали с гитлеровскими палачами.

Мы будем все так же барахтаться в грязи, пока власть наша не наберется смелости осудить всю преступную сталинскую клику», - написал Гранин в «Человеке не отсюда».

И тогда, в декабре 2013 года, Даниил Гранин говорил всем, кто пришел услышать о его новой книге: «Я хотел рассказать о наиболее интересном и важном в своей жизни, обо всем, что составляет чудо жизни. Мы живем в раздраженной среде, злой, завистливой, недоброжелательной. Из-за обид, хамства и глупости забываем о том, что жизнь короткая и хрупкая вещь – в любую минуту может сломаться, а ее надо воспринимать, как чудо, а чудо не может быть несчастьем».

«Я против того, чтобы передавать Исаакиевский собор РПЦ»

До последнего Даниил Гранин занимал активную общественную позицию. После того, как стало известно о желании церковных иерархов забрать себе Исаакиевский собор, что привело бы к фактическому уничтожению музея, Гранин выступил очень резко:

«Я против того, чтобы передавать Исаакиевский собор РПЦ. У нас церквей хватает на количество верующих. Посмотрите, переполнены церкви только в церковные праздники: Рождество, Крещение, Пасха. Зачем рваться обязательно еще что-то захапать?

А во дворцах тоже должны поселиться опять цари? Мне надоела нестабильность нашей жизни. Надоела! Сейчас здесь сберкасса, а через неделю – парикмахерская, а еще через неделю  – фотоателье. Недоело мне это! У нас ничего постоянного не стало в жизни!» – так в марте 2017 года он прокомментировал действия РПЦ газете «Мой район».

Также он принял активное участие в истории с попыткой слияния Ленинки и Публички. Этот процесс лоббировал новый директор РНБ Александр Вислый. Гранин выступил против слияния и обратился к премьер-министру Дмитрию Медведеву с официальным письмом.

«Библиотека была подлинным домом родным для многих представителей интеллигенции, находивших в ее стенах спасения от удушающей атмосферы сталинского террора и брежневского «застоя», - писал Даниил Гранин.

Кроме того, «такого рода объединения двух выдающихся и своеобычных научных и культурных центров означает исчезновение самостоятельного культурного центра России».   

Он предостерегал Медведева: «Прошу вас подумать об этом, ведь потомки не простят нам лишения Публички прав на самостоятельность...». Впоследствии власти заявили, что никакого слияния библиотек не будет.

Одиночество

Важное высказывание Даниил Гранин сделал в своем интервью «Новой газете», опубликованном 12 мая 2017 года. Тогда стало известно новое число потерь Советского Союза во Второй мировой войне. Оказалось, что с войны не вернулись более 42 млн человек.

«Начался подсчет с 7 млн и дошел до 42-х. Постепенно. Десятилетие за десятилетием. У Сталина — одно, у Хрущева — другое, у Брежнева — третье, у Ельцина — четвертое. Каждый новый правитель то множко, то немножко прибавлял. И вдруг сейчас открылась цифра ужасающая. Но и это — не всё. Мы не считаем инвалидов, вдов, сирот, безотцовщины. Еще нищету, бедность, разруху, которые преодолевались десятилетиями. Это всё от войны. До сих пор что-то остается.

Что такое — 42 млн? Это не цифра. Для тех, кто остался в живых, — это одиночество. Мне годовщину победы встречать не с кем. У меня никого не осталось от моих школьных и студенческих друзей, от моих однополчан. Не только в силу естественной убыли, но и потому, что они погибли на войне. Это погибла часть моей юности, моей жизни, она ушла вместе с ними», - сказал писатель.

Следующую годовщину победы он встретит со своими товарищами. В горних далях. 

Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: «Вконтакте», Facebook, Twitter, Telegram, Одноклассники



Лента новостей

Проверь себя

Что делать с "Лахта-Центром"?

Проголосовало: 839

Все опросы…