Город

Храм, где молился Бисмарк

30 сентября 2017 08:08 Галина Артеменко
версия для печати
В соборе святого Михаила, что на Среднем проспекте Васильевского острова, 1 октября пройдет торжественная служба, а потом прихожанам и всем желающим - ведь двери храма открыты для всех – расскажут об истории русского евангелическо-лютеранского прихода Святого Михаила, которому исполняется 285 лет.
Храм, где молился Бисмарк

История прихода берет начало с 1732 года, когда при первом Кадетском корпусе на Васильевском острове (в бывшем дворце князя Меншикова) была основана домовая лютеранская церковь. Она предназначалась для кадетов, офицеров, преподавателей и других служащих корпуса  - выходцев из Прибалтики и всех других, исповедующих лютеранскую веру.

В истории церкви было много выдающихся прихожан: профессор фехтования Сивербрик, Христина Ганнибал (прабабушка Александра Пушкина), ректор Академии художеств Иордан, посланник Пруссии Отто фон Бисмарк  - будущий «железный канцлер», он и после возвращения в Германию продолжал переписку с пастором из Петербурга. И многие другие известные военные, представители творческой интеллигенции, инженеры, а также купцы, мещане, ремесленники.

Эту церковь в неоготическом стиле по проекту инженер-полковника Карла-Георга фон Бульмеринга  на углу Среднего проспекта и 3-й линии Васильевского острова начали строить в 1874 году и освятили 19 декабря 1876 года.

От первоначального архитектурного замысла остался лишь внешний вид, и то хорошо, что не взорвали большевики здание, а использовали в утилитарных целях – огромный просторный зал с великолепной акустикой и восемнадцатью мощными колоннами, поддерживающими свод, перегородили на три этажа – получился склад, а может, и завод – да, впрочем, и то, и то было в храме. Склад табачной фабрики, а после войны шорный цех спортивного завода. Великолепный духовой орган фирмы «Зауэр» был передан киностудии «Ленфильм» еще до войны, там и сгорел в блокаду.

Об этом рассказывает двадцать третий со времен основания прихода пастор – Дмитрий Петров, в доцерковной жизни театровед. Говорит образно, ярко. Да о нашей истории иначе и нельзя – малейшие детали становятся образами и символами.

Вот, к примеру. Белят-белят потолок на первом этаже храма, а в левой части проступает мерзкое масляное пятно – ничем его не затрешь. Пастор все хочет использовать этот сюжет в проповеди. Суть в том, что во времена заводские на этом месте на втором этаже стояла бочка с техническим маслом, она текла, бетонная плита пропиталась маслом так, что пятно ржавого цвета проступает и проступает на белоснежном потолке, хоть ты что делай. Аналогий можно сколько угодно находить.

Дмитрий Петров рассказывает, а на него и на нас - журналистов со стен взирают лица серьезных  мужчин – пасторов прихода. Если возьмете буклет о храме, то там приведен поименный список. Против четырех немецких фамилий пометки – расстрелян. Даты – 1937 и 1938 годы. Пасторов расстреливали, прихожан ссылали. Возродили приход в 1992 году. Когда-то было 800 прихожан, сейчас на службу приходят 40-50. Конечно, это не единственный лютеранский приход в Петербурге. Но что характерно – когда в новой России стали возрождать церкви, возвращать храмы верующим, то лютеранам в этом здании отдали сначала самую маленькую и холодную комнату под лестницей – бывшую покойницкую, где в старые времена почившие василеостровские лютеране дожидались отпевания.

У храма была колокольня, в 1949 году уже давно молчавшие колокола тоже отняли и отдали православной церкви на Смоленском кладбище. Теперь колокольня заперта, и никто не возвращает колокольный звон – опасаются гнева жителей  близлежащих домов. Журналисты все равно хотят попасть на колокольню – посмотреть. Дмитрий Петров ищет телефон «подполковника» - так он называет хранителя ключей от колокольни, пожилого человека, действительно подполковника в отставке. Звонит, тот не отзывается. «Немного глуховат», - говорит пастор.

Дмитрий Петров  крайне осторожен в суждениях и взвешивает каждое слово после появления закона о защите чувств верующих. Но рассказал, что на юбилей прихода пригласил соседа – настоятеля Андреевского собора отца Михаила. Тот поблагодарил, но неизвестно - придет или нет.  Между прочим, приходы – не просто соседи. Но ровесники. На торжественную службу приглашен и декан Римско-католической церкви отец Стефан, тот подтвердил – придет.

Еженедельно в храме проходят органные концерты, причем общедоступные, приходите и слушайте, расписание на сайте или на церковных дверях. Орган взамен украденного советской властью был подарен финнами – приехал из Хельсинки из церкви святого Павла. Инструмент 1951 года создания, известной австрийской фирмы, духовой, не электрический. Играет на нем старейший ныне церковный органист города Сергей Варшавский.

КГИОП охраняет фасады здания и то небольшое историческое пространство, которое не затронули революционные преобразования Советов – фрагменты старинной лестницы на третьем этаже. Наверху идет ремонт еще одного зала – туда приход святого Михаила пускает помолиться Богу другие протестантские приходы, у которых нет своих помещений, а таких, как оказалось, немало. Пока идет ремонт, под сводами раздается песня Цоя «Мы ждем перемен», она несется из телефона одного из рабочих – молодых людей, приехавших на заработки из бывших среднеазиатских республик.

Рядом с собором  был  выстроен дом-причта, ныне  - просто жилой дом. А когда-то молодой Валентин Серов снимал здесь квартиру с окнами на собор. Приход не претендует ни на дом, ни на то, чтобы новая власть исправила ошибку Советов – взяла бы и профинансировала возвращение внутреннего исторического облика старой церкви – одной из доминант Васильевского острова. Понятно, что все равно не будет. И белый потолок обречен на то, что ржавое пятно будет проступать снова и снова после каждой побелки.

Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: «Вконтакте», Facebook, Twitter, Telegram, Одноклассники




Лента новостей

Проверь себя

Собираетесь ли Вы улучшать свои жилищные условия?

Проголосовало: 62

Все опросы…