«Я снова ощущаю себя мальчиком в матроске»

6 сентября 2007 18:37
версия для печати
Анатолий Евплов приходит к могиле своего блокадного сверстника, ухаживает за ней и рассказывает детям о страшных блокадных днях

Много лет разыскивал Анатолий Петрович могилы родственников. Он знал, что кто-то похоронен на Пискаревском кладбище, и исследовал буквально каждый его метр. Однажды, всматриваясь в фотографию и надпись на памятнике, он вздрогнул: на него смотрел, улыбаясь, похожий на него, как две капли воды, такой же блокадный мальчишка. От людей Анатолий Петрович узнал, что могила бесхозна. «Я не мог оставить этого мальчика без ухода. Для меня он символ моего детства. У меня в довоенную пору лучшим из нарядов был такой же матросский костюмчик», – признается Анатолий Петрович.

Вот уже много лет вместе с поисковой группой школы № 312 Фрунзенского района Анатолий Евплов приходит к могиле своего блокадного сверстника, ухаживает за ней и рассказывает детям о страшных блокадных днях.

«Жили мы тогда на Косой улице, в доме № 13, прямо напротив Балтийского завода. В первый день войны мама была в цветастом, красном платье». – Цветы на простом ситце стали самым ярким воспоминанием шестилетнего Толика.

В первые же дни войны дети работников Балтийского завода были эвакуированы на Валдай. «Брат оказался от меня на 5 километров в одну сторону, а сестра на 7 километров – в другую». – Уже после войны, поднимая архивные документы, восстановил Анатолий Петрович точную картину тех дней.

«В сентябре мама бросилась забирать нас из Валдая домой. Возле станции «Бологое» поезд попал под бомбежку. Мы чудом остались в живых», – вспоминает Анатолий Петрович. На память о тех днях осталось фото – мальчишки на Московском вокзале радуются возвращению в Ленинград. Рядом с Анатолием веселый мальчик. Теперь Анатолий знает, что через несколько минут мальчишка начнет горько плакать – мимо них пронесут его маму, погибшую во время бомбежки.

Всю блокаду район Балтийского завода был под жесточайшим обстрелом. «Но сильнее воздушных атак нас донимал голод», – признается Анатолий Петрович. Пережив самые тяжелые блокадные дни, в одну ночь в феврале 1943-го он потерял и брата, и сестру. Толика и его мать эвакуировали в марте 1943-го. «Когда ехали по «Дороге жизни», весенний лед трещал под колесами, вода была выше половины колес», – вспоминает он. У него на глазах ушел под лед ехавший перед ними грузовик с такими же, как и он, истощенными детьми.

Сразу после смерти брата и сестры пришло сообщение о смерти отца. Он умер в госпитале. А в 1944 году Анатолий узнал о гибели последних членов семьи – дяди и деда.

«В то время не было никакого ни учета, ни ухода за могилами», – сожалеет Анатолий Петрович. Он так и не нашел могил брата и сестры. Все, что у него осталось от большой семьи, – чудом сохранившийся семейный альбом. С довоенных фотографий смотрят на Анатолия родные. И он снова ощущает он себя мальчиком в матроске.

Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: «Вконтакте», Facebook, Twitter, Telegram






Лента новостей

Проверь себя

Что делать с "Лахта-Центром"?

Проголосовало: 184

Все опросы…