Сержант мира и человек своей судьбы

26 января 2010 17:28
версия для печати
Сержант мира и человек своей судьбы
Наша встреча произошла благодаря чудесному обстоятельству – Дню рождения, который у Ильи Исааковича Голода наступил в этом январе уже в 95-й раз. Но мы еще не знали, к какому идем человеку. И насколько удивительна его судьба.

Фотогалерея

  • Фоторепортаж: «Сержант мира и человек своей судьбы»
  • Фоторепортаж: «Сержант мира и человек своей судьбы»
  • Фоторепортаж: «Сержант мира и человек своей судьбы»
  • Фоторепортаж: «Сержант мира и человек своей судьбы»
  • Фоторепортаж: «Сержант мира и человек своей судьбы»
  • Фоторепортаж: «Сержант мира и человек своей судьбы»

Оказалось, что мы попали в гости к человеку, который не только прошел сражения двух войн и участвовал в прорыве блокады. Не только к единственному в своем роде художнику-пролетарию. (Илья Голод украшал своими картинами не стены музеев, но заводы, фабрики и целые улицы!) Но к человеку, который, несмотря на все жизненные препятствия, сохранил, пожалуй, самое главное – силу духа и талант жить.

- Илья Исаакович, расскажите, пожалуйста, о себе!

Я родился в 1915 году в Белоруссии. В хаосе Гражданской войны мои родители, скромные мирные люди, погибли. И в шесть лет моим домом стала детская трудовая колония. Жили мы очень бедно. На двух ребят приходилась одна пара обуви и зимой мы по очереди носили друг друга на плечах в столовую, в школу и на работу. В четырнадцать лет я оставил колонию и отправился путешествовать, чтобы посмотреть мир, в котором мне предстояло жить.

- Куда же Вы направились в первую очередь?

Конечно, сначала я поехал в Москву. Представляете себе Красную площадь того времени? Она вся была деревянной, в том числе Мавзолей Ленина. Я устроил себе ночлег на «лобном месте», там, где палачи отрубали головы преступникам. Но через две недели меня поймали и отправили в подмосковный детский дом. По дороге я сбежал и попутными поездами добрался до Черного моря. В Крыму я жил в пещерах первобытных людей. Обошел все черноморское побережье, а затем оказался в Сухуми, пройдя Кавказские горы. Потом отправился в Среднюю Азию – Самарканд, Бухару, Ташкент. Питался тем, что находил в садах. Иногда люди давали мне еду.

- Что же помогло Вам выстоять, преодолеть обстоятельства?

Меня всегда, с детства, юности, что-то вело вперед. Куда – я и сам не знал. Во мне жила неодолимая жажда красоты. Поскольку я рос сиротой, передо мной не было примера, который учил бы меня жизни. Я видел, как живут русские, украинцы, татары, осетины, грузины, но не знал, как следует жить мне. Поэтому избрал себе учителями Максима Горького и Джека Лондона. Они в детстве были одни и сами себя сделали. И я решил следовать их примеру и делать себя самому. Это было очень трудно, но я выжил. Могу сказать, что сам себя слепил.

- Знали ли Вы на тот момент, кем хотите быть?

Конечно, я не думал, что стану художником. Однажды, еще в Севастополе, я увидел в парке человека, который рисовал портреты желающим. Я с удивлением смотрел, как на бумаге появлялось изображение, похожее на сидящего человека. Мне захотелось попробовать! Я раздобыл бумагу, карандаши, деревянный ящик и занял позицию. Ко мне на ящик подсела женщина. Она улыбалась, а я, волнуясь, рисовал. И добавил в прическу цветочек ромашки для красоты. Рисунок женщине понравился, и она подарила мне рубль. Это была первая заработанная в моей жизни монета! Сначала на этот рубль я хотел купить еды и сытно нажраться. Но пересилил себя и еще долго, в течение многих лет, носил этот рубль в кармане в память о том событии.

Но художником я стал все же не сразу. Сначала я вернулся на родину, в Белоруссию. Здесь, работая на заводе, однажды в газете прочитал объявление о наборе в Витебский художественный техникум. Это и решило мою судьбу. Я научился рисовать, работал на фабрике художником, украшал цеха и территорию лозунгами и плакатами в праздничные дни. Окончив техникум, я поступил в Академию художеств в Ленинграде. Я счастлив! Мои мечты сбываются! Но счастье мое длилось недолго.

- Что же случилось?

Это был 39-й год. Правительство выпустило указ о призыве в армию всех первокурсников для освоения новой военной техники. Нас обучили военному делу, мы стали сержантами зенитной артиллерии – и вскоре пошли на войну с Финляндией, а потом и с фашистской Германией. В памятный день прорыва блокады мы были полны энтузиазма. Именно тогда я подал комиссару заявление: «В этот великий исторический час… прошу меня живым или мертвым считать членом КПСС…» Мы прорвали блокаду, и меня приняли в партию – в доме, который еще час назад был в руках немцев.

Примечательно, что после окончания войны все мы, бывшие студенты, уже взрослые мужчины, вернулись обратно в Академию. Никто не изменил своей профессии. Правда, за месяц до защиты диплома меня вдруг из Академии исключили. За что? За «поведение, недостойное советского студента» (я настолько был увлечен учебой, что не ходил на заседания партии и забывал оплатить членские взносы).

Лишь после смерти Сталина меня восстановили в правах студента, и я защитил диплом. Я стал настоящим художником-пролетарием, который изображает жизнь трудового народа, события революции, войны и труда. Например, в честь 50-летия Октябрьской революции улицу Восстания мы украсили огромными живописными панно: они изображали баррикады, восстание рабочих, солдат, штурм Зимнего дворца в 1917 году… Я был автором этого зрелища. Выполнял особо крупные заказы: превращал мрачные стены заводов и фабрик в радостные расписанные композиции (в Петербурге, Выборге, Мурманске и других городах); рисовал жизнь строителей, шахтеров прямо в процессе их работы; украшал своими творениями городские торжественные мероприятия.

- Как Вы думаете, что в жизни самое главное?

Главное – это любить жизнь. Такой, как она есть. Я в жизни разное видел. Видел, как люди умирали, а я оставался жив. Однажды, на фронте, при мне парнишка разогревал суп в котелке. Он отошел на минуту и больше не вернулся. Среди кустов была заложена бомба. Котелок остался — а парнишки нет.… В юности, когда я бродяжничал и жил в курортных городах, видел детей с родителями, людей в ресторанах, в то время как я был совсем один и постоянно голоден. Плакать не имело смысла. Понимаете, я жизнь прожил, через многое прошел, но не разочаровался. Сколько лет мне дают? А сколько Вы дадите, столько и есть! (смеется).

Мое поколение процентов на восемьдесят уже ушло. Я и еще несколько человек – мы просто задержались. И на смену нам пришли вы. Молодежи сегодня нужна высокая, благородная цель, достойная подвига. И сегодня я выступаю за право молодежи строить свою жизнь в условиях процветания и мирного содружества народов. Раньше я был сержантом войны, а теперь я – сержант мира.

От автора: Илья Исаакович разработал собственный проект – создание «Ковчега мира». Это архитектурно-художественный комплекс, который включает в себя международный дом молодежи, памятники великим людям, площадь для молодежных праздников и торжеств. Этот комплекс должен стать местом массового туризма, форумом, где будут встречаться юноши и девушки разных стран и любых религиозных убеждений, где закипит работа в совершенно разных областях. Уже выбрано место для строительства. Сейчас, в свои 95 лет, Илья Исаакович активно продолжает работу. И, глядя на него, невозможно не верить, что все задуманное претворится в жизнь.

(В материале также использованы элементы личной автобиографии И.И. Голода.)

 

Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: «Вконтакте», Facebook, Twitter, Telegram, Одноклассники




Лента новостей

Проверь себя

Собираетесь ли Вы улучшать свои жилищные условия?

Проголосовало: 284

Все опросы…