Культура

Януш Вишневский: женщины хотят душевной безопасности и много-много туфель (интервью)

9 июня 2010 02:14
версия для печати
Януш Вишневский: женщины хотят душевной безопасности и много-много туфель (интервью)
Один из самых популярных писателей Европы о литературе, Интернете, Петербурге, мужчинах и женщинах, любви, зависти к Ремарку и политике.

Фотогалерея

  • Фоторепортаж: «Януш Вишневский: женщины хотят душевной безопасности и много-много туфель (интервью)»
  • Фоторепортаж: «Януш Вишневский: женщины хотят душевной безопасности и много-много туфель (интервью)»
  • Фоторепортаж: «Януш Вишневский: женщины хотят душевной безопасности и много-много туфель (интервью)»
  • Фоторепортаж: «Януш Вишневский: женщины хотят душевной безопасности и много-много туфель (интервью)»
  • Фоторепортаж: «Януш Вишневский: женщины хотят душевной безопасности и много-много туфель (интервью)»
  • Фоторепортаж: «Януш Вишневский: женщины хотят душевной безопасности и много-много туфель (интервью)»
  • Фоторепортаж: «Януш Вишневский: женщины хотят душевной безопасности и много-много туфель (интервью)»
  • Фоторепортаж: «Януш Вишневский: женщины хотят душевной безопасности и много-много туфель (интервью)»

- Сообщалось, что Вы приезжаете в Петербург учить русский. Как Ваши успехи?

- Ну, не может быть очень хорошо — я ведь в Петербурге только два дня. Я учил русский язык в Польше, тридцать лет назад. Учил довольно долго, потому что тогда это было обязательно. После этого был большой перерыв, много лет я не произносил и не слышал русские слова. Я смог возобновить изучение только в 2007 году, когда приехал в Россию. Сейчас я пробуду в Петербурге две недели, которые я планирую посвятить совершенствованию своих знаний.

- Что Вы уже успели посмотреть в Петербурге?

- Я смог увидеть пока не так много. Это не первый мог визит в этот замечательный город, каждый раз я пытался украсть час или два, чтобы изучить его чуть-чуть лучше. Хочу сказать, что вы очень счастливые люди, потому что живете в таком красивом городе. А Невский проспект я считаю одной из самых прекрасных улиц мира. За время своего пребывания я, конечно, планирую посетить ваши чудесные дворцы. Побольше времени хочу провести в Эрмитаже — мне удалось побывать там всего три часа, что для такого музея просто ничтожно мало. Еще одна часть моей программы - фестиваль в театре "Балтийский дом", он откроется в выходные, я буду присутствовать там в качестве почетного гостя.

- В интервью Вы говорили, что Достоевский — один из Ваших любимых писателей. Вы пробовали читать его на русском?

- Пробовал, "Братьев Карамазовых". Хочу сказать, что в том интервью я упомянул Достоевского по одной простой причине: я слышал, что в России любители литературы делятся на тех, кто любит Достоевского и тех, кто любит Толстого. Называя Достоевского, я хотел сказать, что мне больше соответствует психоделическая литературная традиция, к которой можно отнести этого писателя. Но и "Войну и мир" я тоже читал.

- До конца?

- До конца. Нам надо было (смеется).

- Кому Вы симпатизируете из современных русских писателей?

- Я, конечно, пытаюсь следить за литературным процессом в России, но не могу назвать себя большим знатоком. Из того, что я успел для себя открыть, я бы выделил Бориса Акунина. К сожалению, сейчас у меня недостаточно времени для чтения. Обычно я читаю три книги параллельно — по-польски, по-немецки и по-английски. Теперь, надеюсь, у меня будет не триумвират,а квартет — добавится еще и книга на русском. Я понимаю, что в России литература имеет важное, исключительное значение. У нее совсем другая роль, другое предназначение. На петербургских улицах, насколько я успел заметить, салонов красоты столько же, сколько книжных магазинов.

- Как Вы думаете, какую роль возлагают на писателя в России и в Европе? Должен ли писатель влиять на общество и власть, быть активным интеллектуалом? Или "искусство ради искусства"?

- Если оперировать категориями "должен" и "не должен", то я думаю, что должен. Другое дело, происходит ли это на самом деле, имеет ли литература влияние на политику и общество. Несмотря не свою особую роль, писатель — это все-таки профессия. А когда-то это был человек, у которого есть вдохновение, есть желание писать. Сейчас роль писателя изменилась — например, чтобы назваться писателем достаточно неплохо петь или быть красивой актрисой. А когда политики пишут книги, это вообще болезнь.

- А когда писатель становится политиком?

- Тоже плохо. Я очень не люблю политиков и политику. Помню, мой папа говорил мне, когда я был маленьким мальчиком, учись хорошо — или станешь политиком. Я этого боялся и учился очень старательно.

- А Вы — писатель-профессионал или пишете по вдохновению?

- Я вижу некий диссонанс, в том что меня называют писателем. Мое образование находится в пределах точных наук, я не закончил никакой гуманитарный факультет, я не готов называться писателем. Мне очень нравится называться "автором". Еще лучше — автором, который пишет в определенные часы. А профессионально я пишу компьютерные программы. Это моя главная в жизни работа. Написание книги — это занятие для свободного времени, к которому я до сих пор не очень серьезно отношусь, у меня нет никакого тщеславия по этому поводу. В прессе меня часто называют "научный работник и писатель", я очень рад, что именно в такой последовательности.

- Глядя на Вашу внушительную библиографию, никак не могу сообразить, как Вы успеваете заниматься наукой?

- Могу сказать, что мой роман с литературой начался довольно поздно — моя первая книга появилась в Польше в 2001 году. Тогда я думал, что она будет первой и последней. Но я попал в зависимость и писал все новые и новые. Это не только повести и романы, но и малые формы, рассказы. Всего получается двенадцать книг. Ощущение, что мои книги выходят довольно часто, возникает благодаря переводам — мои книги в России стали издавать значительно позже, сейчас издают то, что я давно написал. Поэтому может показаться, что Вишневский каждый год выпускает по книге, а то и по две. На самом деле, все гораздо медленнее. К тому же, это не постоянная моя деятельность — у меня есть обязательный план научной работы, и если он мне позволяет, и я хочу, я пишу. Мне не совестно будет вовсе перестать этим заниматься, легко могу представить, что я брошу писать. Мне не нужно писать книги, чтобы заплатить за квартиру, купить себе бутылку вина и багет. Это моя побочная деятельность.

- Как Ваши коллеги относятся к тому, что Вы пишете?

- Мои коллеги на это смотрят сквозь пальцы, несколько подозрительно. Они считают, что в жизни можно быть либо ученым, либо писателем. Я помню, как один из моих приятелей, очень солидный пожилой профессор из Кракова, когда моя книга стала популярна, встретился со мной и сказал - я думал, что ты серьезный человек, а ты такое написал (смеется).

- Интернет изменил Вашу жизнь? Как доктор информатики, как Вы считаете, что будет с Интернетом как со средством коммуникации, скажем, через двадцать лет?

- Я уже не жду никаких революций. Сейчас развитие технологий будет уже не интенсивным, а скорее экстенсивным, будет активно распространяться. Сейчас Интернет нам в принципе заменяет телефон, это действительно в первую очередь средство коммуникации. Я сам впервые оказался в Интернете в 1994 году, когда еще даже не было www, помните ли Вы такие времена? Я помню еще, например, такую книгу, где были перечислены все доменные имена в мире. Сейчас этого нельзя даже представить. Для меня Интернет — это в первую очередь рабочий инструмент. В моих романах у сети другое значение — это то место, где люди могут переживать эмоции. Мне казалось, что это естественно — ведь во многих странах это было начало такого виртуального общения. Может, моя книга и стала популярной поэтому — тогда в 2001 году, в этой части мира тема не была популярна среди писаталей, я, возможно, коснулся ее одним из первых. Сейчас, когда я перечитываю, то, что я писал в книгах про Интернет, я думаю, как же уже это устарело! Возможно, по моим романам будут изучать историю Интернета.

- Есть такие писатели, которым Вы завидуете?

- Во-первых, сразу хочу сказать, что не оцениваю писателей по количеству проданных книг. Я сам удивлен, что мои книги продаются, и поверьте, не желал этого страстно. Я завидую не фабуле, а стилю, тому как красиво что-то написано. В свое время, например, я очень завидовал Ремарку и мечтал с ним встретиться. Как жаль, что у нет e-mail! Список, тех, кому я завидую может быть очень долгим — мне часто нравится даже не вся книга, а, возможно, один короткий фрагмент, и даже предложение. Но, еще раз хочу сказать, что очень жалею о том, что у меня часто не хватает времени на чтение. Часто я мечтаю о том, чтобы взять бесконечные стопки книг, которые заполонили мою квартиру и отправиться с ними в долгий-долгий отпуск.

- Вы бы попытались ответить на знаменитый вопрос Фрейда, на который он не мог ответить за тридцать лет своих исследований - "что хочет женщина?"

- Мне кажется, что женщина хочет в первую очередь эмоциональной, душевной безопасности , ей нужен человек, которому она будет абсолютно верить, ну и кроме этого, конечно, много-много туфель (смеется).

- Вы действительно все знаете про женщин! А что, как Вы думаете, хочет мужчина?

- Мужчина хочет быть самым главным в жизни какой-то одной женщины. Когда он понимает, что перестал быть самым главным, он снова ищет женщину, для которой он будет важнее всего. Я вовсе не хочу этим объяснять мужские измены. Мужчина, как мне кажется любит ту женщину, которая довольна тем временем, которое он ей уделяет. Не главное количество времени, главное качество — можно провести два часа в месяц, и это будет очень долго, а можно — дни, но без толку. Мужчины имеют свои страсти и хобби. Конечно, любой мужчина будет обожать женщину, которая позволит ему их иметь. Мужчина чаще всего изменяет женщине со своей работой или со своими страстями.

- Вы были одним из первых писателей, опубликовавших e-mail на обложке своей книги. Какое письмо, их тех, которые Вам приходили, было самым трогательным?

- Я был первым польским писателем, опубликовавшим свой e-mail. Мне казалось, это было вполне естественно, потому что мои герои пользовались Интернетом. С момента выхода книги я получил около 50000 писем, большинство было, конечно, из Польши. Сейчас 30 процентов того, что я получаю, приходит из России, Украины и Белоруссии. Меня очень тронуло одно из писем, я даже его опубликовал. Это было письмо от одной молодой женщины, которая была смертельно больна и ее оставалось совсем недолго жить. Она написала мне, что очень мучалась от того, что с ней происходит, очень боялась, и было только два дня, когда она не думала о смерти — она читала мою книгу. Может быть, это очень грустная история, но меня это действительно потрясло. Есть и смешные письма. Например, пишут — "эй ты, старый козел, что ты такое пишешь, от твоей писанины у моей жены совсем крыша поехала". Сейчас я не могу вспомнить конкретно, мне приходит очень много писем, которые меня трогают... Мои книги полны эмоций и люди справедливо считают, что тоже могут со мной делиться своими чувствами. А поскольку Интернет — анонимная вещь, они часто рассказывают свои жизненные истории. Я могу признаться, что много таких историй я использовал в своих книгах. Почему-то я уверен, что люди искренни со мной. Я бы хотел им отвечать всем, но, к сожалению, пока получается ответить примерно на 5 процентов писем. Но, как я неустанно повторяю своим корреспондентам, я получаю и читаю все их удивительные письма.

 

 

Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: «Вконтакте», Facebook, Twitter, Telegram, Одноклассники




Проверь себя

Собираетесь ли Вы улучшать свои жилищные условия?

Проголосовало: 286

Все опросы…