Приемная семья стала тюрьмой для сироты и его братьев

13 марта 2008 16:00 Татьяна Морозова
версия для печати
«Мама» держала приемных детей практически под арестом, а потом бросила их на произвол судьбы.

Первые три дня Паша сидел и плакал. В детском приюте «Берег» все казалось ему чужим, мальчик никому не верил, разговаривал только со старшим братом Олегом.

«Он потерял веру в людей», – говорит психолог Сергей Захаров. Через полгода, благодаря социальным работникам, он впервые в жизни пошел в школу и записался на бокс.

Впервые за 18 лет он может гулять на улице сколько хочет. Правда, прожив с рождения в Петербурге, он не знает и боится города. И улыбка у него все равно грустная.

Но Паша уже не плачет, не сторонится незнакомых людей. «Я мечтаю стать поваром и заниматься боксом, хочу учиться», – говорит он.

На вид юноше не дашь больше 15-ти. Сказывается многолетний домашний образ жизни и скудное питание. «Ели макароны, перловку на воде, бульон на костях. Жили семеро в одной комнате. Телевизор разрешали включать, только если хорошо себя вел – то есть, не съел лишнего», – рассказывает Паша.

«Образцово-показательное» семейство

От рождения его имя - Пауль Ваулитов. Родная мать отказалась от ребенка-метиса в роддоме. До 4 лет он жил в доме ребенка № 4 Выборгского района, а потом был усыновлен Зухрой Михайловой.

Большая семья Михайловых в конце девяностых была гордостью города как один из первых семейных детских домов в Петербурге. Зухра, имея своих троих детей, усыновила шестерых и взяла под опеку еще двоих детей, вызывая восхищение властей и общественных организаций.

Детей показывали спонсорам, приглашали на праздники для многодетных семей. Мама заставляла детей фотографироваться с их подарками. «Вот, например, брюки, ботинки, торт», – перебирает Паша Михайлов старые фотографии.

На деле дети сидели взаперти, даже не ходили в школу. «Мама» перевела их на домашнее обучение, достав медицинские справки о якобы психических заболеваниях. Но обучения не было, дети просто читали учебники.

Как выяснили впоследствии врачи больницы имени Цимбалина, мальчики здоровы, не было причин не посещать школу.

«Когда Пашу и его брата Олега привезли к нам, они говорили фразами из книг и телереклам, не умели общаться», – рассказывает Марина Иванова, директор приюта «Берег».

Кошмар продолжался до 2006 года – 12 лет. Старшие дети, достигнув совершеннолетия, сами ушли из дома, одного мальчика Зухра отвезла на родину под Псков, других раздала по приютам. Сама уехала, бросив Пашу и Олега одних.

«У нас не было ни одежды, ни денег», – рассказывает Паша. От голода мальчики сами пошли в органы опеки МО «Чкаловское» и попросили лишить мать родительских прав. Ребят отправили в больницу, а потом в приют.

Паша остался без прав

Сейчас Паша остался один (брат Олег ушел из приюта за нарушения дисциплины), без жилья и прописки в Петербурге.

Дело в том, что в 1995 году семье Михайловых город выделил четырехкомнатную квартиру на Большой Зелениной улице, но в ней дети не жили. Все находились в квартире Зухры на Лодейнопольской улице, но прописаны в ней не были.

Сотрудники приюта «Берег» пытаются поставить Пашу на учет на получение жилья, но администрация Петроградского района, где они жили, отказывает им, так как Паша официально никогда там не был прописан.

Отказывают и в Выборгском районе, где находится дом ребенка, так как в нем регистрация Паши была временной. Юноша также не получает пособия, которое положено ему до 23 лет.

Так как Зухра лишена родительских прав, на нее пособие перечислять перестали. Но на Пашу его не переоформляют, так как он нигде не прописан.

Вопросы без ответа

Сейчас трудно разобраться, что за махинации произвела Зухра, но квартира на Большой Зеленина детям не досталась.

«Скорее всего, Зухра получила квартиру и продала ее», – говорят сотрудники приюта «Берег», которые пытаются помочь Паше.

Остается загадкой, почему на протяжении 12 лет в ситуацию не вмешались органы опеки МО «Чкаловское», которые обязаны контролировать приемные семьи.

По словам Паши, Светлана Федосовская, руководитель отдела опеки, знала, как они живут.

С корреспондентом «МР» Федосовская разговаривать отказалась. Она до сих пор работает на прежнем месте.

«МР» обратился к уполномоченному по правам человека в Петербурге Игорю Михайлову и в одну из правозащитных организаций. Они взялись помочь юноше с жильем и регистрацией, но пока проблема с места не сдвинулась.

Что известно о семье Михайловых сейчас

Екатерина 1988 года рождения живет в новой семье.

Александр 1995 года рождения живет в детском приюте на улице Стойкости, 32.

Дарья 1991 года рождения находится в Педиатрической академии с тяжелым заболеванием.

Константин 1988 года рождения работает скотником в Псковской области.

Олег 1989 года рождения ушел из приюта, связь с ним потеряна.

Наталья 1986 года рождения учится в лицее, получила жилье и регистрацию с помощью приюта «Прометей».

Где сейчас находится Зухра, никто не знает.

Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: «Вконтакте», Facebook, Twitter, Telegram






Лента новостей

Проверь себя

Что делать с "Лахта-Центром"?

Проголосовало: 211

Все опросы…