Мамы, которые откликаются на сигнал «SOS»

6 декабря 2006 15:02
версия для печати
В поселке Гуммолосары стоит деревня из двенадцати домиков, в которой живут дети-сироты. Здесь они обрели новую семью

К домику подъезжает машина. Из нее выскакивает девочка с двумя косичками и вбегает в дом с криком: «Мама-а-а!». Навстречу бежит женщина, они обнимаются и целуются. Еще четверо ребятишек за спиной женщины тоже улыбаются и здороваются с Мариной. Трогательная сцена не эпизод из кинофильма, а будничная картинка из детской деревни – SOS. На самом деле женщина не мама Марины, а четверо детей не ее сестры и братья. Но родство по крови здесь значения не имеет, главное – крепкая семья.

Маленькая Марина приехала из больницы, где лежала после операции. Семья ее радостно встречает: стол, чай, торт – и жизнь продолжается.

В поселке Гуммолосары находится одна из четырех российских детских деревень – SOS, где живут дети-сироты, которые когда-то остались без родителей. В двенадцати домах живут двенадцать семей: 78 детей и 12 SOS-мам. Папа тут «общий» – он по совместительству директор деревни.

Идея такой деревни пришла с Запада, да и деньги на детей приходят из заграницы. На каждом таком домике, где живут пять-шесть сирот, табличка с именем спонсора. Дети с ними, как правило, знакомы, шлют им рождественские открытки и ждут от них подарков на Новый год и на день рождения. К сожалению, ни на одной табличке нет названия российской компании или русской фамилии. «У нас пока нет культуры помощи, нет осознания того, что не бывает чужих детей и все свои», – сетует Елена Милохова, специалист деревни по работе со спонсорами.

Дети не хотят вспоминать прошлое

Большинство детей деревни – социальные сироты. Как правило, их родители живы, но лишены родительских прав: папа в тюрьме, а маме не до ребенка, она пьет или принимает наркотики – обычная история для прошлого этих ребят. У некоторых родителей отняла болезнь, а родственники не смогли или не захотели взять их к себе, в итоге – детский дом. Эти дети считают, что им повезло, что из детского дома они попали в деревню. Здесь у них появилась новая семья, в которой прошлое забывается быстро. Вспоминать прошлое здесь не принято. Никто этого и не делает. У детей все мысли – о настоящем и будущем. «Вроде уроки делаю, мама помогает, но пока оценки так себе, бывают двойки и тройки, – говорит девятиклассница Аня, – но я буду исправлять, а том мама расстраивается». А Инну пригласили в гости в Швецию – теперь до лета ей надо выучить английский язык, она старается. Оля думает, какую модель телефона попросить на Новый год, и уже пытается сосчитать, хватит ли карманных денег на разговоры. Когда ребята собираются вместе, они обсуждают предстоящую дискотеку.

Сергей Яковенко, директор деревни, радуется, глядя на подопечных: «Недавно праздновали День матери: я иду по коридору, смотрю, стоит Аня и плачет навзрыд. Я уже испугался, спрашиваю: «Аня, что произошло?» А она мне сквозь слезы отвечает: «Туфли к платью по цвету не подходят». Плачет из-за туфель, значит, она ребенок. Это главное».

На мам учат в школе

Чтобы стать мамой в деревне, надо пройти кастинг в Москве. Матерей отбирает специальная комиссия. Потом их учат в школах. В основном это женщины, которые не могут иметь своих детей, в свое время не завели семью или те, кто своих детей уже вырастил.

Шесть дней неделю эти женщины проводят в деревне, в заботах о детях, о семье, занимаясь их воспитанием. «Замечаю, покуривать стали мои девочки, – сетует мама Галя, – в школе, видимо, насмотрелись. Теперь будем тратить карманные деньги только в моем присутствии. А вообще, они у меня очень хорошие, проблемы у всех бывают: придумаем что-нибудь», – продолжает Галина Павловна, наливая гостям чай. Для нее эти дети свои, с ними она проведет не один год, а когда дети уйдут в свободное плавание, они будут приезжать к ней в гости, как к родной маме, и дарить подарки на дни рождения, Новый год и 8 Марта.

Не все мамы здесь задерживаются: быть мамой для многих – тяжелая работа. «Сюда приходят либо на пару недель, либо надолго», – говорит мама Ольга Петровна. А остаются, потому что не могут уйти от своих детей.

Один папа на всех

Папа в деревне один на всех. Это директор Сергей Яковенко. Быть папой не его должностная обязанность, так получилось. «Как можно быть только администратором, когда у тебя двенадцать женщин и почти восемьдесят детей?» – искренне удивляется Сергей Владимирович. Вместе со своей семьей он живет здесь же, в деревне. Почти каждый день «общий папа» заходит в домики и по-отцовски, лаконично и твердо, решает основные проблемы и конфликты в семьях. «Думали когда-то о папах в каждой семье, но что бы я делал с двенадцатью мужиками, если бы они на лавке сидели и забивали козла?»

Цифра
В России 800 тысяч сирот, а таких деревень, как в Пушкине, всего четыре.


Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: «Вконтакте», Facebook, Twitter, Telegram, Одноклассники



Лента новостей

Проверь себя

Что делать с "Лахта-Центром"?

Проголосовало: 833

Все опросы…