Запись 8. Дорога на Кимжу. Кузомень и Гбач

13 октября 2011 12:56
версия для печати
Запись 8. Дорога на Кимжу. Кузомень и Гбач

У нас есть план посмотреть настоящую поморскую деревню. Действующую. Поэтому после визита в Малые Корелы мы решили ехать в деревню Кимжу Мезенского района. Это недалеко от того места, где река Мезень впадает в Белое море. В тех местах снимали сцены из детства Михайлы Ломоносова для одноименного фильма.

Кимжа находится к востоку от Архангельска. Если предложить Яндексу проложить маршрут от Архангельска до Кимжы, то он говорит, что это невозможно.

Но дорога там есть, хотя и ужасная. Вернее сначала она нормальная, асфальтовая, но потом асфальт кончается совсем, и начинается разбитая лесовозами грунтовка, проложенная по болотам.

Большую часть дороги мы ехали со скоростью 20 - 40 километров в час по ухабам. Как нам сказали местные жители, «в распуту едут без путы» - то есть мы выбрали для поездки самое неудачное время. Летом здесь, говорят, обычно суше, а зимой так вообще отличная дорога. Нам еще повезло – дорогу проложили только три года назад, до этого тут был зимник – ездили только зимой.

На севере сейчас темнеет рано, часов в семь. Когда совсем стемнело, у нас стал кончаться бензин. А заправки – одну мы пропустили, а новых все нет и нет.

Когда бензина оставалось всего на пару километров, заехали в деревню под названием Кузомень (ударение на первый слог).

Идем по деревне, думаем, что делать. Слышим песню: на велосипеде едет мужик с фонариком. Познакомились. Зовут его Рома Чащин. Спрашиваем, где достать бензину – он нам продает 20 литров (кстати, покупать бензин у Ромы оказывается дешевле, чем на заправке).

Интересуемся ночлегом. Рома отводит нас к соседу Виктору Большакову. У Виктора мы и ночуем. Тот нас угощает кусковым сахаром собственного приготовления и самодельными шпротами из ерша.


Вот Виктор (справа) разговаривает с соседом. Про рыбу что ли? 
Фото: Александра Деменкова

Наутро снова встречаемся с Ромой Чащиным.

Всё у него хорошо: трое детей, три коровы и бычок, лошадка, новый дом ремонтирует. Жить бы да радоваться. Он и радуется, ходит по деревне - песни поет. Только нет у Ромы трактора, очень бы ему помог трактор, а денег на трактор нет. Нужно 2 миллиона: один на трактор, один – на оснастку. И не успевает Рома с хозяйством – спит помалу, из сил выбивается, а достатка не прибавляется.

Рома говорит – просил денег у государства, говорит - не дают. А самому столько не заработать. В местной школе он еще работает завхозом: дрова возит, печку топит, ремонтирует и чинит. За это получает 2400 рублей в месяц.

В кузоменской начальной школе учатся трое детей, ребят постарше уже надо возить в школу в Белогорский – за 30 километров.

В пятницу утром Рома доит коров и отправляется за несколько километров в соседнюю деревню Гбач. С марта по октябрь на скутере, зимой – на лошади. Здесь его ждут местные жители – несколько бабушек и пара местных мужиков. Бабушкам Рома привез молоко, у мужиков свой интерес.


Рома Чащин (в центре) и жители деревни Гбач. Рома по утрам возит сюда молоко из Кузомени.
Фото: Александра Деменкова

Пока мы с Ромой ходим по деревне Гбач, наш водитель Юра знакомится с местной мафией – так себя называют те два мужика, которые встречали нас в Гбаче. Михаил и Сережа (он представился как бандит и назвал кличку, которую нам запрещено называть) открыли Юре архангельский мафиозный секрет: если произнести заветное слово «карамаз» - ни один разбойник не тронет, даже суровый, который топором замахивается.


Миша и Сережа. Местная «мафия». Они учили водителя Юру говорить заветное слово «карамаз». Если его сказать – никто не тронет.
Фото: Александра Деменкова

Дома в деревне традиционные огромные, но, в основном, нежилые


Заброшенный дом в деревне Гбач.
Фото: Александра Деменкова

Но в некоторые дома на лето приезжают дачники. Сейчас лето заканчивается, и дома снова готовятся опустеть.

Надежда Янаева сейчас живет с внуками Ваней и Юлей Удаловыми в старом доме своих родителей в Гбаче. Но скоро они уедут домой – в Новодвинск (это город южнее Архангельска, вверх по Северной Двине).

Дети с радостью показали нам кролика. Кролика никак не зовут, а мамы у него две. Дети назвали их Замилана-Заид и Кинделея. (Замилана-Заид – злая колдунья из сказки, детям так послышались слова «завела дармоеда»). Злая крольчиха Заид затоптала своих детей.


Надежда Янаева и ее внуки Ваня и Юля. Они живут в Новодвинске, а в Гбач приезжают на лето.
Фото: Александра Деменкова

Зашли мы еще к местному самородку. Зовут его Владимир Матвеев.


Владимир Матвеев. Это он. Самородок из Гбача.
Фото: Александра Деменкова

Владимир Матвеев – мастер на все руки. Он показывает нам всяческие чудеса – раскладные резные столики, шкатулки из капы (кап - нарост на дереве), человечков из корней. Он смастерил даже ковбойскую шляпу: и заклепки сам делал, и кожу обрабатывал.


Владимир Матвеев и его ковбойская шляпа.
Фото: Александра Деменкова


Ковбойская шляпа вблизи.
Фото: Александра Деменкова

Сейчас Владимир на пенсии, живет в Гбаче, а всю жизнь проработал электросварщиком на «Звездочке» в Северодвинске. Он показал нам и выточенный из дерева макет подводной лодки, которые ремонтировал.


Прощаемся с поморским ковбоем Владимиром Матвеевым.
Фото: Александра Деменкова

Возвращаемся с Ромой Чащиным в Кузомень. По дороге заходим к Людмиле Рыжковой. В Кузомени современность как-то больше чувствуется, чем в Гбаче. В хозяйствах здесь работают на тракторах, есть доильные аппараты и прочая техника. У Людмилы дом внутри вообще похож на городской.


Людмила Рыжова во дворе своего дома. Обилие проводов – явный признак прогресса.
Фото: Александра Деменкова
 


Улица в деревне Кузомень. На заднем плане трактора, грузовик. На переднем – стадо овец. Овцы принадлежат Людмиле Рыжовой.
Фото: Александра Деменкова

Хозяйство у Людмилы большое – гуси, индюки, шесть коров, стадо баранов.


Домашняя птица на скотном дворе у Людмилы Рыжовой.
Фото: Александра Деменкова

Людмила рассказывает историю села. В старые времена, в XVI - XVII веках делали лодьи и кочи – традиционные поморские суда, потом при Петре - гукоры. Гукоры – это двухмачтовые парусники с широким носом и круглой кормой, сделанные «по западному образцу». (Кстати, отец Ломоносова был одним из первых на севере, кто завел гукор, благодаря чему смог нажить состояние).

А сейчас в Кузомени нет вообще никакого производства – закрыли пилораму и подсобное хозяйство, закрыли и аэродром рядом с деревней.

Рома ведет нас смотреть «свою лошадку». На мезенке Белке (лошадь мезенской породы легко передвигается по снегу) он возит и дрова из леса, и сеет, и пашет.


Рома со своей лощадкой мезенской породы. Лошадку зовут Белка.
Фото: Александра Деменкова

Наш водитель Юра решился на Белке покататься без седла. Он вообще в первый раз залез на лошадь. И сразу понесся. Чуть не упал, потом приноровился и научился управлять. Юре очень понравилось.

А рядом с лошадкой бегал Ромин пес Ярый. У Ярого ошейник с шипами – от волков, зимой голодные волки выманили из деревни и сожрали уже много собак.

В 2005 году отец Ромы пошел в лес за ягодой. И не вернулся. Его искали четыре дня - прочесывали лес сотрудники МЧС и милиции. Нашел останки отца Рома сам только через год - и принес в деревню.

Такая здесь жизнь.

А мы едем дальше. В Голубино.


Ночной пейзаж на подъезде к Голубино.
Фото: Александра Деменкова
 

Передача "По пути Ломоносова" на радио "Милицейская волна":

 

Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: «Вконтакте», Facebook, Twitter, Telegram, Одноклассники



Лента новостей

Проверь себя

Что делать с "Лахта-Центром"?

Проголосовало: 893

Все опросы…