Город

Петербуржцы о реновации исторического центра: это просто экспроприация

21 октября 2013 11:44 Нина Астафьева
версия для печати
«Наша семья живет в Петербурге уже 175 лет. Я в своем доме на Мойке – 40», - рассказывает коренной петербуржец Василий, который недавно узнал, что его дом попал в программу реновации исторического центра. Таких, как Василий, - сотни. Сейчас все эти люди пребывают в растерянности: боятся, что их прогонят из собственных домов.
Петербуржцы о реновации исторического центра: это просто экспроприация Фото: flickr.com( Aphexlee,Boston Public Library)/Дмитрий Кутиль

В пятницу, 18 октября, в помещении муниципального округа «Коломна» собралось полсотни жителей Центрального и Адмиралтейского районов, чьи дома рано или поздно попадут под программу «Реновация». Многие жаловались, что им не найти взаимопонимания с соседями, которые бывают совсем не против переезда в маневренный фонд. Но борцы с реновацией порой не слышат даже друг друга.

Фотогалерея

  • Фоторепортаж: «коломна»
  • Фоторепортаж: «коломна»
  • Фоторепортаж: «коломна»
  • Фоторепортаж: «коломна»
  • Фоторепортаж: «коломна»
  • Фоторепортаж: «коломна»
  • Фоторепортаж: «коломна»
  • Фоторепортаж: «коломна»
  • Фоторепортаж: «коломна»
  • Фоторепортаж: «коломна»
  • Фоторепортаж: «коломна»
  • Фоторепортаж: «коломна»
  • Фоторепортаж: «коломна»
  • Фоторепортаж: «коломна»

«Наша семья живет в Петербурге уже 175 лет. Я в своем доме на Мойке — 40, — рассказал один из участников слушаний по имени Василий. — Почему эту программу называют «реновацией», если более правильное название — экспроприация? У нас же просто за здорово живешь отбирают наше жилье. А мои родители тут всю блокаду прожили». Ровесник Василия, обитающий на набережной Крюкова канала, высказался в похожем ключе: «Понятно, что на какой-то дополнительный выкуп своего жилья у меня денег нет. Я его приватизировал и думал, что на этом все и закончится. Нет денег и на ремонт. Но я исправно плачу за коммунальные услуги, хоть это дорого обходится, и даже готов платить какие-то сборы за капитальный ремонт, хотя наш дом в нем пока не нуждается. Так мне кажется».

Напомним, процесс реновации подразумевает воссоздание квартир в прежнем, дореволюционном облике, а это значит, что вместо четырех квартир на этаже будет одна-две, по 5-7 комнат в каждой. С коммуналками, даже если все комнаты в них приватизированы, разберутся жестко. Жителей переселят в маневренный фонд, затем предложат им выкуп квартиры — возможно, даже за рыночную цену. Но в том и беда, что за последние 20 лет свои коммуналки в козырных местах любой мог сменить на отдельную квартиру на выселках. Не сменил — значит, не захотел. Выселить патриотов старого Петербурга из их квартир, если они приватизированы, можно в двух случаях. Если дом понадобился для государственной безопасности, престижа, наконец, для скоростной дороги. Это не тот вариант. И если дом признается аварийным. В последнем случае все дело за экспертами.

«Есть третий вариант, он у нас был опробован несколько раз. Люди просто пропадали», — рассказала на условиях анонимности жительница дома 22 по Невскому проспекту. Еще она вспомнила, что якобы видела на столе кого-то из работников жилкомсервиса подробный список жильцов всех подведомственных территорий. Вроде ничего удивительного, но там были пометки: «одинокая» или «вид на Неву»… В лучшем случае, этот список помогает брать в оборот жильцов, чтобы уговорить их сменить место жительства. Но все равно налицо преступление — разглашение персональных данных. 

«Я живу в доме на Мойке, 102 и никуда переезжать не собираюсь, — рассказала дама по имени Наталья Алексеевна. — О том, что  наш дом заинтересовал инвестора, стало известно года два назад, когда проводили какое-то техническое обследование. Потом нам насовали в ящики бумажки: "Уважаемая гражданка такая-то, вы и ваш дом застрахованы на некую сумму в связи со строительством". Дело в том, что рядом с нашим домом сносят детский садик и будут строить элитный жилой дом. Семиэтажный. А в подвале дома ресторан. Вот строители и предупреждают, что страхуют свои риски, дабы мы не боялись. Но мы все равно категорически против ресторана и будем добиваться отмены строительства. В суд уже подали».

Галина Белкова — опытный борец с недобросовестными застройщиками, а точнее — с их мансардами. Она живет в доме на Миллионной, 11. По словам Галины, именно на ТСЖ и жилкомсервисах лежит ответственность за то, что «аварийными» становятся дома по самым лакомым адресам. Первый шаг делают управляющие компании, а второй — недобросовестные эксперты. Управляющим компаниям делать это легко — надо только игнорировать просьбы жильцов заделать трещины на фасаде (хотя для этого зачастую требуется только штукатурка), отремонтировать кровлю. Ее могут, кстати, отремонтировать, в срок, капитально, но так, что снова начнутся протечки. Дождаться законной истерики жильцов. И разъяснить им, что было бы лучше дом снести и построить новый.

Жильцам же следует помнить, что износ кровли, труб снабжения и прочего ни в коем случае не дает повода признавать дом аварийным. А если в доме выявят что-то серьезное — например, износ перекрытий — следует провести независимую экспертизу. Да, дорого. От 700 до 200 тысяч за дом, то есть тысяч по пять с квартиры. Но дело того стоит.

Молодежи на слушаниях в МО «Коломна» было не много, ведь они состоялись в разгар рабочего дня. Одна из участниц, девушка по имени Лиза, чья квартира находится во дворах Капеллы, рассказала, как случайно узнала о грозящей ей и всему Конюшенному кварталу опасности. Пошла погулять, забрела на Марсово поле. Там шел митинг градозащитников. На митинге она узнала про будущую реновацию, а также о том, что территории вокруг Конюшенной площади и Коломны попадут в программу одними из первых. И до сих пор не решен вопрос, как девелоперы собираются поступать с жильцами.

Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: «Вконтакте», Facebook, Twitter, Telegram, Одноклассники




Ранее по теме

Лента новостей

Проверь себя

Собираетесь ли Вы улучшать свои жилищные условия?

Проголосовало: 269

Все опросы…