Культура

Дина Додина: «Искусство — не конфеты ”Белочка”, оно у каждого свое»

6 ноября 2013 08:18 Анна Акопова
версия для печати
Зимний международный театральный фестиваль под руководством Льва Додина собирает в Петербурге наиболее знаковые спектакли современных европейских режиссеров. Петербургские зрители смогут посмотреть постановки венского Бургтеатра, гамбургского театра Талия, миланского Пикколо.
Дина Додина: «Искусство — не конфеты ”Белочка”, оно у каждого свое» Фото: dramafest.ru

Дина Додина, заместитель художественного руководителя по зарубежным связям Малого драматического театра, рассказала “МР” о миссии фестиваля:

- Какие спектакли программы кажутся вам наиболее интересными, ожидаемыми?

- Мне, как человеку, который весь последний год живет этой программой, все пункты кажутся не то что интересными, а просто необходимыми для жизни. Если говорить о лично моих вкусах, то я очень жду спектакль Люка Бонди “Счастливые дни Аранхуэса” и уже купила билеты своим друзьям. Спектакль о любви, о том, какое это уязвимое и вместе с тем сильное чувство. Спектакль разыгран двумя артистами, мужчиной и женщиной, которые говорят о всех возрастах любви: от первой влюбленности до любви на всю жизнь. Сделано это удивительно: абсолютно не пошло, не вульгарно, не сентиментально, не сахарно. Когда смотришь “Счастливые дни Аранхуэса”, хочешь, чтобы тебя любил такой мужчина, как Йенс Харцер, замечательный немецкий артист. И очень завидуешь той женщине на сцене - это Дёрте Лиссевски, прима Бургтеатра, главного австрийского театра.

Не столько по счету чувств, сколько по счету идей, поступков и необходимости знать свою историю, я очень жду спектакль “Каждый умирает в одиночку” режиссера Люка Персеваля по одноименному великому антифашистскому роману Ганса Фаллады. Я видела премьеру в Гамбурге, но обязательно снова посмотрю спектакль в “Балтийском доме” и перед этим перечитаю роман. Он о том, как человек борется с диктатурой в собственном государстве, с диктатурой в себе. Он не дает европейцам забыть, что в их истории был ужас фашизма. Думаю, этот спектакль будет особенно важен для русских зрителей, чтобы еще раз вспомнить, что мы потеряли, что приобрели, и что мы можем потерять, если только не опомнимся.

- В чем основное отличие вашего фестиваля от других театральных фестивалей?

- Мы бесконечно уважаем наших коллег, в том числе фестиваль “Балтийский дом”, фестиваль «Александринский». Сергей Григорьевич Шуб согласился на предложение Льва Абрамовича дать сцену “Балтийского дома” для спектакля Персеваля “Каждый умирает в одиночку” и тем самым очень помог нам.

Наше отличие в том, что мы не стараемся отличаться, не занимаемся маркетинговым отбором, столь популярным на некоторых зарубежных фестивалях.Мы не ищем неразработанную нишу -  “давайте привезем спектакли с жирафами, этого в Петербурге не было”.  Просто, как справедливо сформулировал наш художественный руководитель Лев Абрамович Додин,  хорошего театра много не бывает.Оказалось, что у нас сейчас есть возможность привезти в Петербург несколько хороших спектаклей, и мы хотим, чтобы наши зрители увидели. Если бы не Зимний театральный фестиваль, они бы, возможно, их не увидели. О миссии фестиваля можно сказать коротко: все спектакли, которые увидят зрители - это серьезные, честные, бескомпромиссные высказывания выдающихся европейских режиссеров.

- В каких отношениях находятся современный театр и традиционный: сотрудничество или противостояние?

- Я хочу поделиться своей личной теорией заговора. Такое ощущение,что неизвестные силы в последнее время очень хотят поссорить так называемый классический театр и так называемый современный. Притом, что представители старшего поколения, на мой взгляд, с большими надеждами смотрят на представителей современного театра. Все прекрасно понимают, что за молодежью будущее, и с интересом смотрят за развитием их творчества. Никто им, видит Бог, зла не желает. Но почему-то в Интернете и в средствах массовой информации очень активно начали подразделять театр на современный и несовременный. Причем обидно должно быть всем. Современный - вроде как вчера он ничего не значил и завтра о нем забудут, зато сегодня он на пике. А несовременными быть совсем обидно.

Мне кажется, что есть хорошие спектакли, а есть не очень. И хорошие спектакли могут быть совершенно разными по внешним средствам выразительности. Лишь бы режиссер рассказывал историю потому, что не может ею не поделиться: будь это “Ромео и Джульетта”, рассказанная классическими средствами, или история менеджеров из офиса, рассказанная современным языком. Если она важна для режиссера и артистов, она станет важной для зрителя. Как говорил Тригорин - всем хватит места, и новым и старым, – зачем толкаться.

Когда что-то делят на категории, особенно когда речь идет о таком убегающем сквозь пальцы веществе как искусство,  то эти категории, к сожалению, чувствуют себя обязанными друг другу противостоять.

Нам сложно представить, что Тициан противостоит Кандинскому, потому что они, к счастью, жили в разные исторические периоды. Лучшее, что мы можем сделать, - это вспомнить, что мы делаем одно общее дело, стараемся познавать человеческую природу и создавать хорошие спектакли. И очень хотелось бы, чтобы то, что мы делаем, было услышано зрителем. А как это потом назовут, какую теоретическую базу подведут, - в конце концов, дело десятое.

- На Зимнем фестивале впервые пройдут кинопоказы спектаклей. Как вы относитесь к такой форме знакомства с постановками?

- Это тонкий вопрос. У петербуржцев будет возможность увидеть постановки великих режиссеров - Стрелера, Брука, Кантора и других. Кроме того, вся история с киноверсиями зарубежных спектаклей, может быть, даст нашему зрителю шанс оценить то сокровище, которым мы пока располагаем - русский репертуарный театр. Система, когда артисты работают в театре постоянно, год за годом, и спектакли в репертуаре сохраняются.  Мамы и папы могут привести своих детей и показать им вживую тот спектакль, который в свое время их потряс.

Спектакль Стрелера “Великая магия”, который был поставлен им в театре Пикколо в Милане, примерно ровесник спектакля Льва Додина “Братья и сестры”. Его вы можете увидеть в Малом драматическом театре, мы играем его несколько раз в сезон. А “Великую Магию”  увидеть уже нигде нельзя. Итальянская система - контрактная. И даже если театр Пикколо захотел бы вновь собрать артистов, это бы не удалось: артисты разбежались, хореограф ставит в другом месте, и так далее.  Увидеть те спектакли, которыми прославились великие зарубежные режиссеры, можно сейчас только на  киноэкране.

- А как вы относитесь к созданию видеоверсий спектаклей, чтобы смотреть их дома?

- У меня к этому сложное отношение. Год назад в замечательном кинотеатре “Аврора” я посмотрела прямую трансляцию спектакля “Франкенштейн” из национального театра Лондона. Было очень приятно, что можно посмотреть европейский спектакль высокого уровня у себя в городе. Наверное, я могла бы найти видеозапись этого спектакля и в Интернете. Но смотреть не стала бы, потому что дома, на мой взгляд, и так есть чем заняться.

Мне кажется, ответ тут индивидуален. Если театры снимают видеоверсии, значит, это нужно для какой-то целевой аудитории или для маргетинговых целей. Для меня поход в театр - это событие, которое начинается с того, что я заставляю себя отказаться от всех обычных дел. Иду в зал и рядом с другими людьми смотрю спектакль. Хороший спектакль объединяет меня с этими чужими людьми. Мне кажется, что театр - это, прежде всего, объединяющее искусство, которое провоцирует зал на совместное переживание. В конце хорошего спектакля зритель понимает, что и он сам, и вокруг него - люди, которые заслуживают сострадания и сочувствия не меньше, чем герои, над судьбой которых он только что плакал.

В этом вопросе я, честно говоря, консерватор. Я считаю, что то, что было хорошо для древних греков, которые собирались пятью тысячами смотреть спектакль в своих огромных амфитеатрах, то неплохо и для нас. При этом, я очень уважаю инновации и театральный маркетинг, и понимаю, что надо привлекать новую аудиторию. Лично я, как зритель, всегда выберу поход в реальный театр, и буду смотреть спектакль вместе с другими, для начала - чужими мне людьми.

- Какая аудитория у Малого драматического театра?

- Нам очень повезло со зрителями. На разных спектаклях аудитория разная. На спектаклях “Братья и сестры”, “Бесы”, “Звезды на утреннем небе”, мы узнаем лица постоянных зрителей: это те 20-30 человек, которые приходят практически на каждый спектакль не первое десятилетие. С другой стороны, на тех же старых спектаклях, и на более новых (“Жизнь и судьба”, “Три сестры”, “Дядя Ваня”, “Враг народа”), мы видим огромное количество молодежи, даже подростков. И это очень приятно, потому что мы надеемся, что скоро кого-то из них тоже начнем узнавать в лицо.

Это еще один плюс системы русского художественного репертуарного театра: сотворчество режиссера и актерской труппы с постоянными зрителями, которые доверяют театру и приводят своих детей, внуков. Театр становится семейным.  Мы очень любим своего зрителя, потому что на сцене мы решаем довольно сложные вопросы бытия человеческой природы, любви, страдания. И то, что наш зритель не боится вместе с нами отправиться в это путешествие и стать полноправным соавтором, нас очень радует.

- Расскажите про образовательную программу фестиваля.

- Мы планируем встречи участников каждого спектакля со зрителями, со студентами.  Встречи на тех театральных площадках, где идут спектакли - это будут, в широком смысле, встречи со зрителями. То есть, если вы, например, посмотрели “Каждый умирает в одиночку” в “Балтийском доме”, то в день следующего спектакля вы можете прийти на встречу с режиссером и задать ему вопросы, которые появились в ходе просмотра. Приходить на эти встречи, не посмотрев спектакль, наверное, не имеет большого смысла. С одной стороны, будет нечего спросить, а с другой, в ходе обсуждения могут появиться так называемые спойлеры.

Обязательно будет встреча кого-то из крупных режиссеров со студентами Театральной академии Петербурга. Очень надеемся, что удастся собрать несколько выдающихся режиссеров и театральных критиков на круглый стол, который будут модерировать Лев Абрамович Додин и Анатолий Миронович Смелянский.

На любом фестивале образовательную программу оглашают в последнюю очередь, когда станет понятно, кто и когда точно сможет принять в ней участие. На Западе и в Ближнем зарубежье образовательные программы стали нормой, - это тот шанс, когда зритель может задать режиссерам и артистам любые вопросы, не только о театре. Эта история заодно поможет зарубежным режиссерам и артистам увидеть петербургского зрителя вблизи.

- Должен ли режиссер предупреждать зрителя об экспериментальной постановке классического произведения?

- На мой взгляд, если вся художественнаякоманда работает честно и серьезно, то в итоге получается спектакль, единственно возможный для этой команды. Если люди всерьез собрались, чтобы поставить “Гамлета”, то в итоге получится тот “Гамлет”, который могли поставить только они и только с этим режиссером. Читая пьесу, кто-то представляет Офелию брюнеткой, кто-то - блондинкой. Может быть, есть особо богато одаренные воображением люди, которые представляют ее рыжей. Поэтому упрекать людей за то, что они собрались и придумали вот такую историю принца датского и его окружения, мне кажется, невозможно. Это и есть искусство, воображение, вдохновение. Наверное, при любой, самой классической постановке, в зале будут зрители, которым именно этот вариант не показался лучшим (что шпага у Гамлета с неправильным эфесом). С другой стороны, наверняка придут и те, которым эта история, рассказанная именно так, а не иначе, покажется очень близкой.

Честный результат - это тот, который сделан, прежде всего, для себя. Он может нравиться или нет. Но надо понимать, что ничего другого эти артисты с этим режиссером сделать не могли. Они пытались, мучились, не спали ночами, и в итоге рассказали историю так, как она выглядит на сцене. У каждого свое представление о классике. Выбирая, в какой театр пойти, зритель руководствуется, прежде всего, вопросом доверия: доверяет ли он  этому театру, режиссеру, артистам, художникам,  - что они смогут рассказать давно знакомую ему  историю так, чтобы открыть в ней что-то новое. Если ты представляешь Офелию блондинкой, наверное, не нужно идти в театр только для того, чтобы порадоваться: совпало, блондинка. Если ты хочешь узнать что-то новое, то надо довериться театру. В конце концов, вернуться к своему домашнему читательскому представлению о классике ты успеешь всегда. А вдруг этот театральный опыт даст что-то, чем для вас обогатится классическая история? А может, наоборот, не понравится, возмутит. В конце концов, это не конфеты ”Белочка”, это искусство,  оно у каждого свое. И поход в театр - всегда риск.


14 - 29 ноября
Малый драматический театр, “Балтийский дом”, Михайловский театр, Театр
им. В.Ф.Комиссаржевской, кинотеатр “Аврора” и др.
300 - 3000 рублей

 

Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: «Вконтакте», Facebook, Twitter, Telegram, Одноклассники



Ранее по теме

Лента новостей

Проверь себя

Что делать с "Лахта-Центром"?

Проголосовало: 831

Все опросы…